– Думаешь, я рад этому? – поинтересовался он, вновь вжимаясь в мои бедра, заставив ощутить, как он стремительно твердеет. – Это похоже на зависимость. Я не знаю почему, не знаю как, но ты меняешь меня. Сам этого не понимаю, но ничего не могу поделать. Это сильнее меня. Оно жаждет твоего тела, вкуса, даже запаха, – цедил он мне на ухо, пока свободной рукой гладил бок и бедро, чтобы резко сместиться на живот. – Это страшнее голода. Это уже становится потребностью, которую я не могу контролировать! – практически переходя на крик, поведали мне.
Хотела ответить мужчине грубостью, но широкая ладонь ненадолго задержалась на моем животе, став спускаться ниже по телу, заставив замереть, затаив дыхание от шока и предательского предвкушения. Но уже через секунду я забилась в руках дракона в панике, напрочь забыв все, чему учили меня отцы, стараясь избежать прикосновений дракона, от которых меня бросало в неконтролируемый жар. Но как бы я не старалась, это произошло, и длинные пальцы с силой прошлись между моих ног, погладив и надавив на мой вход, через слои ткани.
– Ты сделала меня зависимым от своего тела, богиня Хаоса. А теперь смеешь говорить, что я никогда не получу желаемого? – практически с неконтролируемой яростью поинтересовался Драген, пока я кусала губы до крови, чтобы не выдать себя и того, насколько сильно на меня действовали грубые ласки разъяренного дракона. – Я не возьму тебя до тех пор, пока ты сама меня не попросишь об этом, Сетианна, – надменно сообщил Драген, явно оскорбленный в лучших чувствах, моим обвинением в попытке изнасилования. Он прекратил меня гладить сквозь штаны, а я еле сдержалась, чтобы разочарованно не захныкать. Но уже в следующую секунду почувствовала, как мужчина расстегивает пуговицу на поясе моих брюк и вновь занервничала. – Однако моя потребность в тебе сильнее, чтобы я мог отказывать себе в удовольствие слышать твои стоны, видеть наслаждение в твоем лице и заставлять кричать мое имя, – понизил он голос, пока проворные пальцы проникали под ткань моих брюк и белья. – Я заставлю тебя хотеть меня так же, как ты заставила меня хотеть тебя, Сети, – коварно прошептал Драг мне на ухо, прежде чем пройтись пальцем по моим складкам, заставив дернуться и всхлипнуть, сквозь закушенную губу. – Ты уже привыкаешь к моим прикосновениям, – довольно вздохнул он, размазывая обильную смазку по моей «киске». – Ты желаешь меня, но все равно противишься, прикрываясь страхом за мою жизнь, даже не допуская возможности благоприятного исхода. Я не твой прежний жених, Сети. Я куда как старше и сильнее его. Я выдержу все и даже больше, лишь бы сделать тебя своей.
–Ты можешь умереть, – процедила я сквозь сжатые зубы и не сдержала стона, от того, как полукровка обвел пальцем мой вход. – Готов рискнуть жизнью?
– Я – да, – спокойно ответил Драген. – Но ты еще не готова принять меня. Не потому, что боишься за мою жизнь, – скользнув в меня кончиком пальца, произнес Драген, а я отвлеченно заметила, что он меня более не держит. Лишь придерживает за талию, обнимая со спины. Мне бы воспользоваться возможностью… Нужно воспользоваться…
Палец проник глубже, и я моментально забыла то, о чем думала секунду назад.
– Совсем нет, – продолжил дракон шептать у меня за спиной. – Ты боишься, что если я выдержу… когда я выдержу, тебе придется принять меня своим мужчиной, Сети, – прихватил он губами мое ухо, отчего по телу разбежались миллионы мурашек, отдаваясь легкой дрожью в коленях. – Позволь тебя успокоить,– проникая в меня пальцем, заметил Драген, пока я ловила воздух ртом.
Палец зашел наполовину, чтобы медленно выйти. Но уже в следующую секунду, снова проник в меня, заметно глубже и уперся в преграду, которая отдалась слабым дискомфортом, не причиняющей боли. Но я занервничала и напряглась. Мужчина, словно желая подразнить меня, хохотнул и погладил тонкую пленку, показывая, какая сейчас власть в его руках. Но после отступил, оставив ее невредимой, продолжая ненавязчиво гладить меня изнутри и добавив второй палец. Зажмурила глаза, ощущая кровь на своем языке из прокушенной губы, но сдерживала стоны до последнего, теша намек на мою гордость, предпочитая не думать, что уже просто неприлично мокрая и подставляю бедра под ласки мужчины.
