– Ты боишься того, что может произойти после нашего секса. Но не понимаешь, что я уже не отступлюсь, – с намеком на сожаление произнес мужчина. – Я решил, что ты будешь моей, Сети. Даже если между нами ничего не произойдет, я не смогу оставить тебя, как ты того желаешь. Я буду преследовать тебя. Я убью любого, кто станет претендовать на место твоего мужчины, потому что ты должна принадлежать мне,– ускорился он во мне, мешая ответить. – Можешь отрицать это, но ты жаждешь моих прикосновений. Ты не просто так боишься за мою жизнь – потому что я тоже стал тебе небезразличен, – уткнулся он лбом в мой затылок, не прекращая ласкать меня пальцами. – Скоро, очень скоро ты попросишь меня сделать тебя женщиной, Сети. С каким же наслаждением я буду брать тебя снова и снова, пока любой намек на расставание не вылетит из твоей прелестной, сумасбродной головки, – прорычал он, заставив ощутить, как завибрировала его грудь. Первый стон вырвался, несмотря на мои усилия. – Тебе придется смириться, Сети, что это тело будет принадлежать только мне. Ни за что и никогда я не стану делиться своим. А ты – моя! – вновь послышался рык, но уже с угрозой. – Только я вправе обнимать тебя и ласкать твое тело. Только я могу целовать твои губы. Только я буду трахать тебя, – облизывая мою шею, перечислял он, а я натурально завыла от того, как остро отдавались его слова мне, наращивая возбуждение.
– Драг, – захныкала я, предчувствуя скорое удовольствие.
– Только мое имя ты будешь кричать на пике удовольствия, – коварным шепотом добавил Драген, а я напряглась, концентрируясь на ощущениях чужих пальцев во мне, что вели к манящей разрядке. – Ты будешь только моей. Потому что, богиня Хаоса, ты посмела сделать меня только своим.
Оргазм накрыл меня яркой вспышкой, заставив прогнуться в спине и закричать от наслаждения, сотрясаясь в крупной дрожи удовольствия. Мужчина продолжил гладить меня изнутри, продлевая мой оргазм, а мне пришлось запричитать с мольбой в голосе, чтобы он остановился, так как выносить это уже было просто невозможно.
– Драг… Драген, пожалуйста… пожалуйста.
Почувствовала, как погладив напоследок, меня покидают ласковые пальцы.
– Вот так, богиня, попроси меня… – хрипло засмеялся дракон и со стоном потерся об мою пульсирую «киску» большим, каменным членом. На глаза навернулись слезы, от нового витка возбуждения, но я к этому была явно не готова.
Чуть отстранилась, что мне, на удивление, позволили. Обернулась и, тяжело дыша, долго вглядывалась в лицо дракона, выискивая в его глазах признаки фальши в недавних заявлениях. Но увидела лишь мрачную решимость в глубине вертикального зрачка.
– Ничего не говори сейчас, Сети, – ласково улыбнулся Драген, осторожно придвинувшись, и бережно обнял меня за талию. – Давай пока просто насладимся моментом, – предложил он с улыбкой, пока я разглядывала красивое лицо, не в силах поверить в одну фразу, которая отдавалась эхом в моем сознании.
Ощутила, как улыбка против воли дрогнула у меня на губах и подняла ладонь, дотронувшись до лица полукровки. Заметила, как он стал наклоняться к моему лицу, но уже через мгновение напряглась и резко отстранилась.
– Что произошло? – насторожился Драген, моментально нахмурившись.
– Тартар снова подчиняется мне… – призналась я, моментально ощущая всю реальность, которая, словно ласковый котенок, потянулась ко мне, образами и намеками на эмоции сообщая, как скучала, тосковала и переживала за меня, без возможности общаться и помочь.
Но я поняла лишь одно – отец справился со Скади, раз снял ограничение раньше времени.
Дракон же услышал в этой фразе другое:
– Это ничего не меняет, Сети. Даже не думай избавиться от меня теперь.
20 Глава Драген
Она смотрела на меня удивленно, словно пыталась понять, о чем я. Приоткрыла рот, едва нахмурив брови, но ничего не произнесла. На лице проскользнул страх и боль, тело напряглось, а глаза расширились в ужасе. Девушка пошатнулась, схватилась за грудь и стала оседать.
Успел подхватить ее, не дав упасть, но уже через секунду богиня вырвалась из моих рук и стала громко кричать, на грани возможности. Из расширенных от ужаса глаз бежали крупные слезы, рот был искривлен, а грудь разрывалась от крика, прерывающегося на рыдание, больше похожий на вой раненого зверя.
– Сети? – с беспокойством опустился я перед ней на колени, но она не позволила к себе прикоснуться, отшатнувшись назад, по-прежнему сжимая пальцами ткань на груди, до характерного треска ткани.
– Нет… Не-е-ет… Папа… папочка, пожалуйста… только не это… – причитала она, прерываясь на громкие рыдания, раскачиваясь на полу. – Папочка… мой папочка… – ревела она, а из разных углов комнаты стал собираться уже знакомый черный дым и сгущаться тени. Услышал, как снаружи замка, песок стал безжалостно бить по камням сооружения, в песчаной буре, а грохот грома, сотрясал эти стены.
– Сети, прошу, ответь… – с нажимом и настоящим страхом за девушку потребовал я, обхватив богиню за плечи и заставив посмотреть на меня невменяемый, полубезумным от боли взглядом.
