– Ах, ну, с моральной точки зрения вы правы, – спокойно ответила гостья, и общий разговор возобновился.
Глеб в нем уже не участвовал. Он молча доел все, что лежало на его тарелке. Улыбнулся и извинился перед гостями:
– Время большого сюрприза, – сказал он.
Уже стемнело. Горели только фонари на террасе, а за ними стояла чернота.
Глеб поманил Полину за собой, и та пошла на негнущихся ногах.
– Ты прости, что я влезла, – сразу же извинилась она, как только они вошли в дом. – Просто она спросила, было бы невежливым молчать…
Он стоял перед ней в полумраке, как огромный медведь. Напряжение повисло в воздухе, напряжение грозовой тучи, медленно ползущей от горизонта.
– Никогда больше не смей открывать рот на темы, в которых ни черта не соображаешь, – прошипел Глеб и схватил ее за руку. – Что ты должна была сказать?!
– Я не знаю… – застонала Полина, – я не знаю… я же правда не понимаю… Отпусти, отпусти, пожалуйста!
Ей было очень больно, а Глеб все так же сжимал ее запястье.
– Что ты должна была сказать?
– Что ты прав! – догадалась Полина. – Что я думаю, как ты!
Он отпустил ее.
– Неси торт.
Она пошла на кухню, взяла тяжелое блюдо с бело-черным тортом и понесла его на террасу. В голове шумело, рука болела так, словно она упала на нее всем своим весом. Когда она появилась, гости зааплодировали и кто-то даже засвистел. В темноте двора грянул гром. В небо устремились золотые, серебряные и бриллиантовые кометы. Они рассыпались искрами, опадали в кусты и цветы, взрывая все новые и новые фонтаны света и огня: закрутилось брызжущее блестками колесо, потом еще одно. Гости ахали и ревели от восторга: звенели бокалы, раздавался смех. Полина поставила торт на стол. Никто не заметил ее перекошенного от боли лица.
После салюта все отправились в сауну: Полина выдала гостям стопку выглаженных полотенец, а сама под предлогом плохого самочувствия удалилась. Она спряталась под одеялом на кровати, в темноте, и горько плакала от обиды.
Утром Глеб вел себя как ни в чем не бывало: снова называл ее «девочка моя» и даже извинился:
– Я не хотел этого делать, – сказал он, целуя синяк на ее руке, – ты меня просто заставила… своим поведением. Но я ни за что не сделал бы тебе больно, поверь… так получилось.
И она поверила. Поверила, потому что понимала: ей действительно не стоило лезть туда, где она ничего не смыслит, и подрывать авторитет Глеба в глазах его коллег.
Неужели и в этот раз она совершила подобную непоправимую ошибку?
Ворочая в голове эти тяжелые мысли, Полина сама не заметила, как добралась до торгового центра «Спорт – ВСЕ!». Перед ней бесшумно раскрылись стеклянные двери, и показались ряды розовой, оранжевой, салатовой, голубой спортивной одежды. Яркие цвета манили Полину, как свет – мотылька. Она собиралась было взять первые попавшиеся шорты и маечку, но неожиданно для себя озадачилась выбором. Взять ли ей леггинсы? Или – коротенькие совсем шорты «под попу»? Взять примерить и то, и другое? Глеб бы однозначно выбрал леггинсы: они у Полины были, лежали дома в шкафчике.
И раз леггинсы уже есть, то не взять ли что-то еще?
Полина неожиданно увлеклась. В магазине посетителей было немного, а площадь огромная, поэтому она спокойно бродила между вешалок и собирала в корзинку понравившиеся вещички: купальники, футболки, топы, майки.
Все это она утащила в примерочную и там долго крутилась перед зеркалом, выбирая наряд под новый цвет волос. Наконец она остановилась на ярко-зеленом топе и черных шортах с такими же зелеными вставками. Купальники привели ее в смятение. Они были такие красивые! Такие яркие! Вот снежно-белый с золотыми пуговками на лифе без бретелей, вот бирюзовый с блеском и с трусиками на завязках… вот совершенно спортивный вариант: слитный, с шортиками и верхом-маечкой. Его бы и следовало взять, но Полина еще раз примерила белый, повертелась немного и решила: беру! Беру, чтобы не ударить в грязь лицом перед фитнес-инструкторшей. Пусть знает, что и домохозяйки не лыком шиты.
Оказывается, шоппинг так расслабляет! Так приятно выбирать то, что нравится!
Самой выбирать!
В «Дельфине» ее уже ждали. Сама Ангелина, улыбаясь, стояла возле стойки ресепшена. Она оказалась небольшого роста и не такой хрупкой, как на фото. Руки, плечи, пресс, открытый топом, все было крепким, округлым, сильным. Волосы у Ангелины были высоко подвязаны в хвост, оголяя красивую шею. Полина заволновалась. Она так и не избавилась от чувства ожирения, хотя живот уже подводило от голода: после утренних вафель поесть она так и не решилась.
– Добрый вечер! – приветствовала ее Ангелина. – Проходите в раздевалку, а потом – вот в эту дверь. Я вас жду.
Полина шмыгнула в раздевалку, где деревянные шкафчики вдруг смутно напомнили что-то из детства. Выбрав один, она быстро сняла платье и, страдая от чувства неполноценности, влезла в шорты.
Домашний фитнес все-таки не такой уж эффективный…
Корова-то какая, какая корова, ругала себя Полина, робко открывая указанную дверь.
