Критическое мышление и ничего, кроме него – так можно охарактеризовать позицию автора, обращавшегося ко всем мировым религиям, но не уверовавшего ни во что.
Посвящается фараону Тутмосу II.
Он был ни велик, не умен, не сделал ничего такого, о чем стоило бы вспоминать, помер в конце концов, и его справедливо забыли.
Да здравствует справедливость!
1991 – 2003 гг.
Перед вами – нечто вроде вступления (хотя о нем никто не просил) к опусу (востребованному еще менее) под заглавием «Богохульства на досуге», которое – название, то есть – обязывает всё же, по крайней мере, объяснить, что, как и зачем здесь написано. Впрочем, возможный читатель, буде сыщется такая редкость (такое случается, я знаю: чудеса бывают, мне об этом один знакомый графоман рассказывал), и сам, вполне вероятно, прекрасно разберется в написанном – в таком случае данный листочек надлежит предоставить мусорной урне, последнему приюту графомании – впрочем, так же как и следующий листок, и следующий…
* * *
Позволю себе общую характеристику моих писаний. Далеко не все они (заметно меньшая даже часть) представляют собой примеры настоящих богохульств, недопустимо кощунственных высказываний, оголтело, вплоть до дурного вкуса, антитеистических выпадов. Бльшая часть отрывков текста, из которых и состоит весь опус, напротив, представляет собой просто коротенькие (иногда – не слишком) сочинения на темы Бога, Библии; разнообразные сентенции, притчи, даже афоризмы и шутки – от действительно серьезных и, возможно, заставляющих подумать, до откровенных пустышек. Среди них попадаются и довольно жесткие по смыслу (и лексике) притчи и сентенции, имеющие очень мало общего с традиционными воззрениями даже и не ортодоксальных верующих и написанных в меру моего – ох! – скудного таланта и общей для юности неистребимой тяги к графомании, навязчивого желания сказать нечто новое, сотворить новую идею, новый ракурс, новый взгляд. Разумеется, в своих довольно жестких и желчных сентенциях я пытался не опускаться до откровенных оскорблений в адрес Бога и веры, стараясь соблюдать чувство меры, гигиену слова и даже чувство такта. Удалось ли мне это – не мне судить (а кому? Вот в чём довольно грустный – но, уверяю, отнюдь не первостепенной важности вопрос). Что касается права на само существование шуточек на божественные темы, то в этом я вообще не вижу ничего зазорного: в польских солидных католических журналах регулярно публикуют подборки острот на божественные, библейские темы и никому пока еще не приходит в голову, что в этом есть какое-то кощунство.
* * *
Таким образом, давно мучающая меня идея Бога, евангельские повествования, постулаты веры – в данном случае для меня не более, чем основа, необходимая тематика, канва для выражения совсем не соответствующих канонам веры моих мыслей и идей на темы веры, Бога, Библии. «Мыслей и идей» – это, пожалуй, чересчур громко сказано: скорее, ощущений, в духе Ивана Карамазова, что в мире всё неправильно и в такого Бога верить не стоит. Ощущений неправильности Бытия, – скажем прямо: обиды.
Что касается причин, сподвигших меня к созданию этого опуса, их несколько. Попытаюсь изложить их в более-менее выраженном порядке. Преобладает психология (поклон Ф.М. Достоевскому).
* * *
Мои «богохульства» – не плод поврежденного ума доморощенного сатаниста. Первые мои опыты сочинительства на «богохульные» темы – из не вовсе далекого еще прошлого, они – из времени тотального «религиозного ренессанса» (кавычки здесь совершенно необходимы) и «всеобщего духовного возрождения в народе» – когда все поголовно «прозрели» и стадом бросились «каяться». Сочинительство антитеистических (в большинстве своем – плоских) вещиц и было для меня вполне понятной ответной реакцией – сродни тошноте – по отношению к тотальному насаждению «религиозного возрождения народа». По-моему, это не требует особых пояснений.
* * *
Но даже и тогда, в тех моих первых опусах на «богохульные» темы я, насколько помню, всё же не опускался до откровенного цинизма, желчи и злобности.
* * *
Почему же я с таких упорством (и уже весьма длительное время) занимаюсь сочинительством на темы религиозные, хотя, с одной стороны, я абсолютный атеист и верующим никогда не стану (это не кокетство), а с другой – «религиозный ренессанс», слава Богу, у нас в стране давным-давно закончился и темы религиозные и библейские интересуют сейчас очень мало кого (ныне для подавляющего большинства религия служит просто древней традиционной системой обычаев, которым ввиду требуемой лояльности и благопристойности, может быть, следует всё же уделять малую толику внимания: поставил свечку в храме, и можешь считать свой долг перед Богом исчерпанным. Сомневаюсь, чтобы большинство «новых верующих» хотя бы толком знали Евангелия). Ситуация давно изменилась: от религии не надо спасаться, пора уже саму религию спасать. Возможно, сейчас я написал бы не «Богохульства на досуге», а что-нибудь вроде: «Размышления в защиту религии на досуге».
* * *
