За спиной Элинор появилась Хейди Джонстон. Ростом Хейди была чуть больше пяти футов, однако по весу отставала от Тома всего фунтов на пятнадцать, это была расплывшаяся женщина с чудовищной грудью и лилово-красным ртом. Из породы тех мужеподобных особ, что в изобилии населяли Норт-Форк, — располневшие, лишенные признаков женственности самки, покупающие смесь для торта в супермаркете или торгующие лотерейными билетами в закусочной.
— Хейди, — сказал он, — как поживаешь?
— Осторожно, Хейди, — предупредила Элинор, — он опасен.
— Я не опасен.
— Нет, опасен.
— Брось! — сказал Том. — Я просто приехал забрать тент. Неужели это проблема? Тент для грузовика.
— Да, для Элинор это проблема, — возразила Хейди. — Для нее это очень важно.
— Разве ее здесь нет? — сказал Том. — Пока что Элинор в состоянии говорить сама.
— Да, в состоянии. Но ты ее не слушаешь.
— Я весь внимание.
— Непохоже.
— А на что это похоже?
— Не знаю.
— Тогда отвали. Это не твое дело.
— Я бы пошла позвонить, — сказала Элинор, — но боюсь рисковать. Нет, я все-таки пойду позвоню.
— Конечно иди, — подзадорила ее Хейди. Она стояла, сверля Тома звериными глазками-бусинками.
— Элинор, — сказал Том, — не глупи. Я не преступник. Я просто хочу забрать тент.
— Этот тент, — заявила Хейди, — является общим имуществом супругов. Нажитым во время совместной жизни. А значит, во-первых, он больше не принадлежит тебе, а во-вторых, уже просто явившись сюда, ты идешь против запретительного приказа, то есть нарушаешь закон.
Обычно в этой роли выступает мужчина. Смазливый новый приятель, который выставляет за дверь злополучного бывшего мужа. Том приоткрыл дверь пошире и продвинулся внутрь.
— Послушай, Элинор. Мне нужен только этот чертов тент. Если ты отдашь мне тент, можешь забрать себе дом. Думаю, против такой сделки не стал бы возражать даже твой адвокат. Дом в обмен на паршивый тент, Элли. Пользуйся моей добротой.
— Девять-один-один, — сказала Элинор.
— Не делай глупостей, — сказал Том.
Он вышел на улицу, рывком открыл дверь «короллы» и переставил рычаг в нейтральное положение.
— Не трогай мою машину! — завопила Хейди, но он не обращал внимания на ее крики, несмотря на то что она надвигалась на него, как разъяренный питбуль.
— Не ори, как будто тебя насилуют, — сказал Том. — Твоя машина загораживает дорогу, и мне придется ее подвинуть.
Хейди ускорила шаг, но в десяти футах внезапно остановилась. Ее глаза увлажнились от избытка адреналина.
— Это моя машина, — сказала она.
— Мне нужно ее подвинуть, — ответил Том. — Она стоит посреди дороги, я ее подвину.
— Ты не посмеешь это сделать.
— Еще как посмею.
— Если ты притронешься к моей машине, я тебя посажу.
— Мне казалось, ты верующий человек.
— Я подам на тебя в суд, и тебя посадят.
— Разве Иисус не учил быть милосердным к страждущим?
— Отойди от моей машины. Предупреждаю, Том.
— Ты что, угрожаешь пристрелить меня?
— Я сказала: отойди от моей машины.
— Твоя машина находится на моей земле, — сказал Том. — Я имею право ее подвинуть.
Упираясь руками в багажник, он откатил машину на десять футов. Все это время Хейди осыпала его проклятиями и кричала: «Всем известно, кто ты такой! Ты грешник, ты настоящий бандит! Всем известно, что твой сын парализован из-за тебя! Как только ты сам себя можешь выносить?! Все знают, что ты подонок, мразь, ничтожество, ты путаешься с Тэмми Бакуолтер, ты опустился до того, что живешь в мотеле! Убери свои грязные лапы от моей машины, я не шучу, не трожь мою машину!»
Том подъехал на пикапе поближе и уже пристраивал тент на место, когда Элинор открыла окно у него за спиной и сказала:
— Сейчас здесь будет полиция, Том, они уже выехали.
— Я просто забрал свой тент.
— Дело не в этом.
— Именно в этом.
— Ты всегда считал, что ты умнее всех.
— Мне просто нужен тент.
— Том, ты жалок.
— Я люблю тебя, дорогая.
— Ты не в себе, — сказала Элинор.
Времени затягивать болты уже не оставалось. Том бросил тент в кузов, придавил его парой поленьев и развернулся, чтобы выехать на улицу. Он увидел, что Хейди загородила ему дорогу своей «короллой» и стояла рядом с машиной, глядя на него со смесью торжества и самодовольства. Толстозадая свинья. Подлая стерва. Его подмывало дать полный газ и с разгона врезаться в ее машину, но вместо этого он развернулся и, подмяв заросли ежевики, которые на мгновение закрыли ему обзор, выскочил на улицу. Там он опустил стекло и крикнул Хейди:
— Счастливо оставаться, старая сука!
— Исчадие ада! — ответила Хейди. — Тебе самое место в преисподней, вместе с твоим папашей!
Одна из почитательниц Энн постучала в дверь фургона и вручила Кэролин стопку свежих газет, термос с чаем, пакет апельсинов, упаковку тайленола и четыре коробочки йогурта.
— Помолитесь за меня, Энн, — умоляюще сказала она, пытаясь заглянуть внутрь через плечо Кэролин. — Меня зовут Элизабет Хойнс, я всегда к вашим услугам.
— Она постарается, — заверила ее Кэролин. — А пока, прошу вас, идите с миром. Энн нужно побыть одной.
