Теневое наследие Эревиса Кейла продолжает жить, даже когда старый враг Мефистофель пытается избавиться от него любой ценой. Сын Кейла Васен - замороженный во времени богом Маском - таким образом был защищён от тёмных интриг архидьявола: Васен находился среди служителей Повелителя Света, вырастившего парня.Живущему в отдалённом аббатстве среди Грозовых вершин Сембии Васену часто снились кошмары о собственном отце, заточённом в ледяной темнице в Кании. Парень знает, что грядёт тот день, когда он должен быть сыграть свою роль в разворачивающейся на Фаэруне божественной драме. Но Васену неведомо, в чём будет заключаться его роль... или готов ли он к этому. Молодой Кейл знает лишь то, о чём в снах рассказывает ему отец - о том, что Васен не должен облажаться.Драйзек Ривен, некогда земляк Эревиса Кейла, тоже страдает от собственных кошмаров - он знает, что скоро настанет пора действовать. Шар, великая богиня тьмы, жаждет накрыть своей тенью мир навсегда. Ривен увидел в видении весь тот ночной цикл, который Шар стремится претворить в жизнь, и Драйзек знает, что богиню нужно остановить.На перекрёстках божественных интриг и судеб смертных так непохожие друг на друга герои объединяются, чтобы отбросить назад нависшие над миром угрозы со стороны теней и Ада, тогда как грядёт Раскол миров.
Посвящение
Джен, Риордану, Роарку, Дилэйни и “4”.
Благодарности
Как всегда, спасибо Эду, Бобу, Флитвуду и Джеймсу.
Боль рвала Варру на части, агония ножом пронзала девушку в такт схваткам. Cогнув колени, она лежала на спине на устланном соломой ложе в аббатстве — аббатстве Розы, как его назвал Деррег. Простыни под ней были мокрыми от пота и крови. Её крови.
Крови было слишком много, и Варра об этом знала.
Она видела отражение своей судьбы во взволнованных глазах повитухи, простой женщины средних лет, которая держала её за руку и шёпотом подбадривала роженицу, видела в нахмуренных бровях и туманном, но пристальном взгляде лысеющего пожилого жреца с мокрыми от крови ладонями, который лез в Варру снова и снова — и до сих пор безрезультатно.
Варра порылась в памяти, но не смогла вспомнить их имён. Последние часы — неужели прошло всего несколько часов? — промелькнули единой вспышкой. Она помнила, как ехала по Сембии с караваном, спасающимся от шторма теней, разраставшейся бури, угрожавшей поглотить всю страну. На караван напала нежить, ожившие тени, их пронзительные вопли говорили о желании поживиться чужими душами, и в угаре бездумной отваги она увела их за собой в лес, чтобы спасти остальных.
И там, испуганная, продирающаяся через кусты, она наткнулась на человека, тёмного человека, который напомнил ей Эревиса, отца её ребёнка. Вопли нежити заполняли лес у Варры за спиной, вокруг неё, их вой обещал холод, смерть и забвение.
— Кто ты? — задыхаясь, спросила она тёмного человека. Её голос срывался из–за нарастающей паники.
— Я просто скольжу между гранями, — сказал человек, и его узкое, острое лицо искривилось в улыбке, в которой не было ни капли веселья. Он коснулся её круглого живота — тогда ещё не такого раздувшегося — и в том месте её ножом пронзила боль.
Воспоминание о его прикосновении заставило Варру вздрогнуть на своём ложе. Она застонала от боли. Пропитанная кровью солома впивалась в спину. В свете фонарей на сводчатом потолке танцевали клочья тени, и она могла поклясться, что услышала смешок тёмного человека.
— Не двигайся, женщина, — резко сказал священник. Его макушка блестела от пота. Кровь заляпала его жёлтую рясу.
— Он что–то сделал с ребёнком!
— Кто? — спросила повитуха, и её двойной подбородок заколыхался. — О чём ты говоришь?
— Тёмный человек, — сказала Варра и вскрикнула, когда новая судорга скрутила её внутренности. — Мужчина в лесу!
