— Выходит, может, — ученый сперва замялся, а затем все же решился: — Вы знаете, мне иногда кажется, что все мои открытия, все мое переосмысление мироздания, все это пришло от него. Я даже грешным делом подумал, а может он тоже ученый и нашел во мне, так сказать, родственную душу?
— Да уж, история… — задумчиво протянул майор милиции.
— И вы его ни разу не видели? — с досадой в голосе спросил Пашка.
— Нет, молодой человек, не видел. Он приносит еду перед самым рассветом и оставляет ее всегда на одном и том же месте. А потом голосом сообщает мне, что паек, так сказать, доставлен.
— Но сейчас же не утро, — Нестеров спохватился и с подозрением огляделся по сторонам. — Какого рожна он вдруг разорался?
— Не знаю, — Серебрянцев пожал плечами. — Может вас приветствует.
— Или наоборот, предупреждает, — опыт и чутье офицера ФСБ требовало от Лешего быть всегда начеку.
— Предупреждает о чем?
— Мало ли… Например, что это его территория, и долго он нас здесь терпеть не собирается.
— Не думаю… — начал было Серебрянцев, но его уже никто не слушал.
— Уходим! Немедленно! — скомандовал Загребельный.
— Я подгоню БТР к самым воротам, а вы в темпе загружайте все, что подготовил Даниил Ипатиевич, — мои слова прозвучали как приказ.
— Да там полтонны будет, не меньше, — фыркнул Андрюха.
— Пока берем все. Потом разберемся, — я дал понять, что знаю о чем говорю.
— Ладно уж, — Леший сдался. — Только быстро. Очень быстро!
Выехали мы через полчаса, хотя погрузка заняла минут десять или может чуток поболее. Остальные двадцать минут потребовались чтобы определиться с маршрутом. Большинство здравомыслящих людей, а по совместительству и опытных бойцов, стояло за объезд плотного лесного массива на востоке и выдвижение в сторону Красной Пахры. Уже там следовало сориентироваться и решить то ли продолжать двигаться по Калужскому шоссе аж до пересечения его с Малым Московским кольцом, то ли двинуть напрямую к Ознобишено. Деревня эта находилось уже под самым Подольском, от него до города было не более пяти километров.
Этому варианту упрямо противился Серебрянцев, которому совершенно неожиданно стала поддакивать Лиза, а за ней и Пашка. Они предлагали двигаться к Подольску напрямую через лес. Само собой прогулка под сенью мертвых деревьев была значительно короче, но лес, в котором властвовало некое неведомое существо… Этот лес вполне мог стать нашей могилой. Именно поэтому, не смотря на все старания младшего научного сотрудника и его группы поддержки, мы двинули в обход.
Следуя подсказкам Серебрянцева, который знал все окрестности как свои пять пальцев, я быстро вывел машину на широкую, хорошо сохранившуюся ленту Калужского шоссе. Первый же взгляд по сторонам вселил в душу некоторое спокойствие и оптимизм. С обеих сторон дороги лежали заброшенные сельскохозяйственные угодья. Слева, среди распаханного поля, на котором уже никогда и ничего не вырастит, двумя высокими курганами возвышались обнесенные колючей проволокой могильники. Никакого тебе леса, а стало быть, никаких неожиданностей. Любого врага мы могли заметить заранее и, прежде чем он доберется до нас, угостить хорошенькой порцией стали.
Только я подумал об этом, как сидевший рядом Загребельный воскликнул:
— Черт побери, а это еще что такое?
— Где? — я резко сбросил скорость.
— Да вон, слева. В лесополосе, что к дороге подходит.
Я присмотрелся к тому месту, на которое указывал мой зоркий приятель. Вроде ничего необычного. Широкая полоса черных деревьев, под ними подлесок из такого же черного давным-давно погибшего кустарника. Будь на всех этих растениях листва, лесополоса выглядела бы сплошной, непроницаемой для взора стеной. Но сейчас это были лишь черные рваные кружева, через которые просвечивала уродливая нагота соседнего мертвого поля.
— Ничего такого не вижу, — я вопросительно покосился на Андрюху.
— И я, — согласился тот.
— Цирк-зоопарк, так какого ж рожна орал? Соколиный глаз, хренов!
— Сейчас не вижу, но всего минуту назад там что-то было… — Загребельный призадумался, — или кто-то.
— И куда подевалось?
— Похоже, ушло.
— Как ушло? Куда ушло?
Мы с Андрюхой говорили довольно громко, и сидящие в десантном отделении люди стали прислушиваться. Нестеров, так тот вообще чуть ли не сунул голову между нами. Однако Загребельный этого будто не заметил.
— Вся лесополоса была будто туманом затянута. Не скажу что плотным… — Леший отрицательно покачал головой и сразу же поправился: — Да, пожалуй, и не туман это был вовсе. Скорее тень какая-то. Будто в небе что-то висело, и эту вот рощицу от солнца заслоняло.
— Ох и объяснил! — проворчал я. — Ну и где теперь тень эта твоя? — Я до рези в глазах вглядывался в медленно приближающуюся черную стену.
— А вот только я тебе крикнул, так она тут же и унеслась. Словно поезд курьерский. Туда, вдаль, по лесополосе, как по железной дороге.
— Значит сейчас там никого нет? — спросил я.
— Похоже, нет, — кивнул Загребельный.
— Ну, раз похоже, тогда… К бою! — прогорланил я, перекрикивая рев мотора. — Все внимание на левый борт.
