Предводительница решает удивить. Бросив что-то своим, Она выходит вперёд одна, сжимая меч в руках. Подходит к нам, встаёт напротив, расставив ноги широко, как перед рывком в бой. Наши взгляды встречаются, напряжение нарастает, словно воздух сейчас взорвется. А затем Громала на вдруг бросает оружие на землю и падает на одно колено, склонив голову.
— Пощадите, великий маг, — говорит она тихо. — Мы не знали, с кем имеем дело. Оставьте в живых моих людей, и я обещаю служить вам до самой смерти.
Размысл и Лиан обмениваются удовлетворенными взглядами.
Я подхожу ближе к ракхаске и протягиваю руку.
— Встань, — говорю, протягивая руку. — Мои вассалы не стоят на коленях. Это прописано в доктрине рода.
Она поднимает на меня кровавые глаза, в которых плещется смесь уважения, смирения и облегчения. Осторожно принимает мою руку и поднимается на ноги, сильная и готовая следовать за мной.
— Какие будут приказания, милорд? — покорно опускает голову.
— Для начала, — улыбаюсь, глядя ей в глаза, — отведи нас к Мракшилю Шелкодряну.
— Мой лорд! — выдыхает советник, пытаясь перевести дыхание. — Замок окружён армией ракхасов! Громала продалась Филину!
Мракшиль оборачивается в ярости.
— Что за чушь ты несёшь? — прорычал он. — Я плачу ракхасам баснословные деньги! Никто не сможет их перекупить!
Советник нервно сглатывает.
— Но они окружили стены замка, милорд.
— Да вы охренели… — шипит лорд. — Ракхасы просто выполнили работу и вернулись. Пошел прочь, тупица!
Отослав советника, он вдруг слышит шум в соседней комнате отдыха лорда. Кто-то смеётся, слышны приглушённые голоса. Сердце лорда-дроу сжимается от нехорошего предчувствия. Он не медлит, стремительно направляется к двери и распахивает её.
Мракшиль замирает на пороге. Перед ним за роскошным столом, уставленным фруктами и напитками, сидят щенок Филин, какой-то карапуз-альв и… Громала Клыковздох. Филин и карапуз непринуждённо едят виноград, пьют сок, словно это их дом. Ракхаска же стоит у двери, скрестив руки на груди.
— Что здесь происходит⁈ — взрывается Мракшиль, его лицо искажается от ярости. — Громала! Тварь…! Как они здесь оказались⁈
Громала оказывается рядом с ним, двигаясь с грацией хищника.
— Спокойнее, лорд Мракшиль, — её голос полон ледяного спокойствия. — Конунг Филин нанес тебе визит, так что прояви хоть немного вежливости.
— Гребаная стерва! — Мракшиль дрожащим пальцем указывает на неё. — Я приказывал тебе уничтожить этого выскочку!
Громала только усмехается, её глаза сверкают холодной сталью.
— Но это же невозможно, милорд, — с усмешкой отвечает она.
Мракшиль, отступив на шаг, набирает воздух в грудь:
— Стража…!
Не успевает он договорить, как Громала наносит ему молниеносный удар в живот. Воздух с шипением покидает лёгкие лорда-дроу, и он падает на колени, корчась от боли.
— Заткнись, — рычит Громала, её голос звучит, как рык хищника, готового разорвать добычу. Ракхаска достает что-то из кармана.
На запястье дроу захлопывается антимагический наручник. Сука Громала ловко лишила его магии!
Скуля от боли, Мракшиль хочет скрючиться, но Громала подхватывает его за воротник и рывком ставит на ноги.
— Перед конунгом Филином не стоят на коленях, — прошипела она ему в лицо. — Стой и кланяйся, если хочешь жить.
Лорд дроу встречается взглядом с молодым телепатом, который спокойно сидит за столом, наблюдая за происходящим без интереса.
— Приветствую, лорд Мракшиль, — произносит он ровным тоном. — У меня есть к тебе одна просьба. Мог бы ты созвать Совет лордов? Я хочу им кое-что сказать.
Лакомка стоит на балконе Невского замка, наблюдая, как внизу слуги суетятся вокруг лимузинов, загружая чемоданы. Ветер треплет её длинные светлые волосы, закатное солнце окрашивает небо в мягкие оттенки розового и оранжевого, создавая атмосферу предвкушения.
Позади слышатся шаги, и Лакомка оборачивается. К ней подходят Камила, Света и Лена, переодетые в элегантные дорожные костюмы.
— Мы готовы, — говорит Камила, поправляя ворот пиджачка.
— Отлично, — с улыбкой отвечает Лакомка. — Стелы уже отправлены на аэродром. Можно отправляться.
— Еху! — усмехается Светка. — Надерем задницу… а с кем Даня собрался в этот раз воевать? Ай, неважно! Главное, ему достанется по самые орехи!
«Сестры» спускаются к машинам, а альва, предварительно постучавшись, заходит в комнату Насти. Оборотница уже переоделась в дорожную одежду — узкие кожаные брюки с широкими вырезами по бокам и жилетка без рукавов. Рыжие волосы, словно пламя, сверкают в последних лучах заходящего солнца, но в глазах девушки читается лёгкая неуверенность.
— Настя, что такое? — с теплотой в голосе спрашивает Лакомка, подходя ближе. — Ты собралась? Тогда поехали.
Настя слегка улыбается, но её взгляд всё ещё не до конца уверенный. Она медленно опускается на край кровати, а её пальцы нервно перебирают шнурки на жилетке.
