Князь сидит в командном пункте, зло сверля взглядом Ярослава. Его сын выглядит, мягко говоря, жалко. Целители убрали раны, но не его ничтожный вид. Лицо бледное, плечи ссутулены, части отодранных волос нет, а одежда… просто позор. Разорванные рукава, следы зубов и когтей на камзоле – весь его «боевой» наряд красноречиво напоминает о встрече с обезьянами, куда его закинул Вещий-Филинов.
– И ты даже не смог ударить его в спину? – сквозь зубы произносит Буревестник, сжимая кулаки так, что костяшки белеют. – Я видел запись с сада.
Ярослав, потирая зажившую рану на шее, с трудом отвечает:
– Он какой-то сверхчувствительный, отец. Наши иллюзии он различил почти сразу! Как только я встретил его в аэропорту, он уже делал намёки. Я не мог понять, тупит он или всё прекрасно видит.
Князь хмурится ещё сильнее, но Ярослав продолжает, словно оправдываясь:
– Он даже догадался про Ирину…
– Молчи! – рявкает Буревестник, резко подняв руку, обрывая сына на полуслове. – Никогда не называй её имя! Слышишь!
Ярослав, скривив губы, замолкает, но спустя мгновение решается:
– Отец, надо его уничтожить. Он опасен. Да, он может завалить Демона, но если расскажет Царю…
– Думаешь, я этого не понимаю? – огрызается Буревестник. Его голос холоден, но в нём звучит раздражение. – Я и так собирался его прихлопнуть. Что ты несёшь за ерунду? Надо было тебя отдать Демону вместо Иры! Не сын, а слабак!
Князь резко встаёт из-за стола и проходит по кабинету. Его взгляд падает на золотой перстень на руке. Этот перстень достался ему дорого. Слишком дорого. Он вспоминает, как в годы Гражданской войны боялся бояр и материковых войск, как его рыбацкие корабли обстреливали. И как, отчаявшись, он обратился к Демону Иллюзий.
Тогда он отдал Демону остров и свою дочь – всё, лишь бы сохранить власть.
– Демон уверял, что его сила защитит меня, – бормочет он больше себе, чем Ярославу. – Уверял, что никто – никакие телепаты- не смогут распознать мои иллюзии.
Но вот появился Данила, и всё изменилось. Этот граф разоблачает одну хитрость за другой, словно читает мысли за ментальными щитами.
Князь останавливается, тяжело выдыхает:
– Этот Филинов оказался палкой о двух концах. Он мешает мне, но что хуже – может добраться до материка.
– Что будем делать? – спрашивает Ярослав, нахмурившись.
Князь оборачивается, его глаза вспыхивают холодным блеском:
– Мы не можем рисковать. Я отправлю войска, чтобы прикончить его. Он не должен покинуть этот этаж.
Ярослав молча кивает, а Буревестник снова опускает взгляд на перстень. Его мысли возвращаются к той сделке. Сделке, которая одновременно спасла его и обрекла на проклятие. Но он не собирается сдаваться. Он слишком сильно любит власть и свою лживую силу!
На этаже кипит работа. Гвардейцы и тавры закидывают шкафы, мебель и всё, что попалось под руку, поперёк лестниц. Все готовятся к осаде. Окна уже под охраной, патрули заняли позиции.
Светка сияет от удовлетворения, а я обхожу позиции, проверяя готовность людей. Всё идёт чётко, бойцы не растерялись и приняли все меры предосторожности, но это лишь начало. Чувствуется напряжение, как перед бурей.
Ко мне подбегает Серый, подтянутый и сосредоточенный, с коротким докладом:
– Шеф, всё под контролем. Два выхода держим. Никто не прорвётся.
– Кто-то уже пытался? – уточняю, уловив в его голосе что-то, заставляющее насторожиться.
Серый сдержанно кивает:
– Да. В окне появился дракон, но это оказалась иллюзия. Мы её быстро распознали. Параллельно с лестницы пытался прорваться отряд, и мы отбили нападение. На иллюзию не отвлеклись, благодаря предупреждению Светланы Дмитриевны.
Светка гордо вскидывает голову, глядя на меня с хитрой улыбкой:
– Ну, конечно! А кто ещё?
– Хотя, если честно, никогда бы не подумал, что зверь поддельный – каждую чешуйку можно было разглядеть в лунных бликах, – делится Серый соображениями. – Но раз не напал, то и правда фальшивка.
Хмыкаю с одобрением:
– Молодцы. И да, это была иллюзия. Буяновцы рассчитывали сбить нас с толку. И шоу такое повторится еще не раз. Поэтому не расслабляйтесь.
– Так точно, шеф! Во имя рода Вещих-Филиновых не отступили бы и перед настоящим драконом, – Серый отвечает с таким энтузиазмом, что на секунду я даже улыбаюсь.
Обхожу позиции, проверяя готовность своих людей. В каждом взгляде вижу спокойную уверенность и готовность к бою. Мебель надёжно блокирует подходы, гвардейцы внимательно патрулируют периметр. Тавры с оружием наготове, их массивные фигуры внушают спокойствие.
Чем пока удивил Буревестник? Иллюзии да заблокированная связь – и всё. Были угрозы и пострашнее. Один Лич со своей ордой нежити чего только стоит. Но с такими верными воинами, как мои гвардейцы и тавры, я уверен: выдержим этот натиск. А потом – перевернём игру в свою пользу.
Пока стою, мысленно прикидывая следующий шаг, Света вдруг шепчет сбоку, её голос наполнен неподдельным интересом:
– Даня, а поделись картинкой с Ярославом в компании обезьян? Очень хочется увидеть его наглую рожу в таком обществе.
Усмехаюсь, бросая на неё короткий взгляд:
– На, держи, злопамятная.
