— А куда деваться? — бросает Ламар. — Придётся звать всех ближайших лордов. Не устроим праздник — Багровый быстро спросит с меня за неповиновение.
Феанор брёл по раскалённой пустыне, чёрный от загара, с лицом человека, которого снова надули. Периодически он фыркал, вытирая пот с бровей.
— Грёбаные Организаторы… Это ж надо было так меня обмануть! Засранцы! Вот вы как слово держите, да⁈
Он уже и не помнил, что сам соврал Лиану про сватовство Багрового к сестре Филинова. Организаторы со своей стороны хотя бы выполнили свою часть сделки. Договаривались ведь, что они вернут Воителя на материк. Ну вот, вернули. Только зоной высадки они выбрали бесконечную выжженную пустыню, без единой души. Ни тебе людей, ни зверья, только кактусы.
И всё же пустыня будто бы услышала жалобы Феанора. Среди дюн, наполовину зарытое в песок, валялось весло. Самое обыкновенное, от небольшой лодки. Он вытащил его с трудом, покрутил в руках, восхитился. Весло! Осталось только найти ещё и корабль! И он обгонит Филинова!
С тех пор Феанор шёл вперёд, размахивая веслом. Солнце жарило макушку, песок сыпался за шиворот, а Воитель уже брёл в бреду, но весло не отпускал. Галлюцинации подкрались незаметно.
— Корабль… — бормотал он, щурясь от пота, стекающего на глаза. — Где мой корабль, мать его? Я же капитан!
И корабль вдруг появился. Силуэт посреди дюн — с мачтой, палубой, всё как надо. Он рванулся вперёд и вскарабкался на борт… точнее, на спину.
Потому под миражом корабля лежал гигантский песчаный скорпион с коричневой чешуёй. Монстр обернулся — и на несколько секунд завис. Кажется, даже офигел: какой‑то обугленный двуногий карлик стоял у него на голове и размахивал веслом, как флагом победы. Что за непотребство!
Огромная клешня взметнулась к альву, чтобы перекусить его пополам.
Феанор только отмахнулся от смертельной опасности. Магматический заряд выстрелил из его руки — и с хрустом отшвырнул клешню в сторону. Следом весло грохнуло по скорпионьей башке — смачно, с эхом по пескам.
— Стоять на якоре! — рявкнул Феанор.
Скорпион вздрогнул, начал выворачиваться, но опоздал. Феанор топнул ногой — и нога та моментально заковалась в магматическую броню. Толчок ушёл вниз, и гиганта впечатало брюхом в песок.
— Я сказал: стоять на якоре! — процедил Феанор, прохаживаясь по голове монстра. — Ты — мой корабль, понял⁈
Голову Феанора припекло так, что граница между реальностью и жарким бредом испарилась без следа. Он стоял на башке гигантского скорпиона, глядел вдаль с гордым прищуром и торжественно возгласил:
— Теперь ты будешь моим кораблём! Я нарекаю тебя… «Победа над Филиновым»!
Скорпион замер. Он был не тупой и понимал человеческую речь, в сущности, да только не знал, кто такой Филинов, что такое «корабль» и почему его, пустынного хищника, внезапно окрестили плавсредством. Но его натурально назвали. И, судя по взгляду двуногого безумца, это было всерьёз.
— Поднять паруса, живо! — скомандовал Феанор, грозно размахивая веслом.
Скорпион дёрнулся, вскинул хвост — на всякий случай. И это вполне устроило вулканического Грандмастера.
— Поднять якорь! — заревел Воитель, облачаясь в стихийный доспех.
Скорпион понял из двух слов только «поднять». Хвост он уже поднял, голову тоже, значит осталось только туловище. Осторожно приподнялся на лапах, будто проверяя — не психанет ли опять странный наездник. Не психанул. Наоборот — довольно притопнул по скорпионьему панцирю, указал веслом на восток и пророкотал:
— Полный вперёд, «Победа над Филиновым»!!
И монстр побежал. Рванул вперёд в панике, зигзагом, не разбирая дороги, вздымая за собой песчаные буруны, будто и впрямь рассекал бурные воды пустынного океана. А Феанор, восседая на голове скорпиона, довольно раскачивался на воображаемых волнах, смеясь в голос:
— Филинов! Снимай корону! Мой корабль скоро тебя обгонит!
Битва с многорукими наконец-то отгремела, и теперь пришло время скучной, но необходимой рутины: выставлять патрули, наводить порядок в лагере, заниматься охраной Молодильного Сада и, главное, его возрождением.
Я захожу в свой шатёр, откидываю полог, падаю на складной стул и выдыхаю. Хорошо ещё, что Багровый Властелин отбыл в замок Ламара. Там всё же условия — приличнее, по‑багровейшественнее. А то делать мне больше нечего, как развлекать Его Багровейшество. Ещё, не дай Астрал, позарится на мой табун спринтов! Да нафиг он здесь нужен!
Перед отъездом Багровый, правда, позвал с собой Красивую — так, вскользь будто бы, но втайне надеясь, что она согласится пойти со своим молодым прадедом. Но полосатая тигрица фыркнула, зарычала и спряталась за мою спину, закачав хвостом. Багровый, к счастью, не дурак и понял, что ей нужно время, чтобы настроиться на разговор с ним. Ну и на прощание посмотрел на меня с надеждой, но я в их родственные дела не лезу, у меня своих родственников хватает — одних тёщ только четыре, а одна только Жанна Валерьевна — это уже вагон проблем.
