И тут в дверном проёме появляется Змейка — шатается, бледная, но с лицом абсолютной боевой решимости. Только оскал у неё какой-то болезненный сейчас.
— Мать выводка готовввва дррррраться, мазака… готофа… — выдавливает она.
Но тут же хватается за живот, морщась, и тихо стонет:
— Укачало…
Не успевая даже толком отвернуться, она исчезает в коридоре — видно, потянулась искать туалет.
Я не обращаю на это внимания. Время поджимает. О Змейке позже позаботимся. Вообще горгоны не должны страдать от морской болезни, а потому подозреваю у нашей хищницы некие скрытые гормональные колебания, и надо бы её потом изучить.
Сажусь на табуретку, концентрируюсь на точке перемещения и резко прыгаю через портал с помощью легионера-портальщика. Мир дёргается, складывается — и я оказываюсь в ледяной толще воды. Давление сразу обрушивается, как тяжёлая стена, но я был готов. Секунду назад усилил тело Даром Физики: мышцы налились силой, кожа стала крепче, как броня. Иначе бы меня расплющило в лепёшку.
Вода вокруг густая, мутная. Далеко впереди маячит силуэт «Жнеца», оплетённого щупальцами. Но я двигаюсь прочь. Не очень хочется связываться с атлантом в его стихии. Кальмар защищён ментальными щитами, а его хозяин — полноценный Мастер.
Поэтому я делаю ставку на другой план: найти кого-то покрупнее. Вернее, я его уже нашёл, но для подчинения надо подобраться чуть ближе.
Ещё один прыжок — и я оказываюсь перед огромной тенью размером со здание. Аномальный кашалот. То, что нужно.
Медленно, без рывков, подключаюсь к нему. В таких случаях торопиться нельзя — кашалот может всполошиться ещё до полного подчинения, забиться в панике на месте и ненароком прибить меня. Но обходится. Подчинение проходит легко: кашалот принимает меня, как часть себя.
Портальщик снова в дело — и я возвращаюсь. Короткий прыжок — и я уже стою в своей каюте. Вместе со мной через портал ввалился целый водопад. Вода с плеском шмякнулась о палубу, полилась под ноги, заполнив помещение лужами.
— Как прошло? — с волнением спрашивает Айра, передавая мне платок, взятым из разгрузки.
Я вытираю лицо белоснежной тряпочкой и улыбаюсь краем губ.
— Сейчас покажу, — и передаю избраннице то, что вижу глазами кашалота.
Корабль продолжает скрипеть под давлением щупалец. Даже «Жнец», построенный из зачарованных, крепчайших костей, не рассчитан на вечное давление — у любой брони есть предел. И вот-вот этот предел может треснуть.
Палуба под ногами дрожит, будто корабль сотрясается в кашле. Но в следующую секунду… давление внезапно ослабевает.
Щупальца, которые только что сжимали корпус, соскальзывают прочь.
В голове трещит вопль, прорвавшийся по всё ещё открытому ментальному каналу:
— Что ты сделал⁈ — орёт атлант. — Кашалот⁈ Откуда тут взялся кашалот⁈ Я царь морей! Стой, кит!
Хех, он, правда, думает своим приказом остановить запрограммированное телепатом животное? Ну и наивный же парень.
— Всегда найдётся рыба покрупнее, — замечаю.
— Ого! — раздаётся радостный крик Гюрзы, ведь леди тоже осталась на канале. Так и быть, её тоже подключаю к прямому эфиру.
Глазами кашалота наблюдаем, как его гигантская туша вспарывает воду с мощью катастрофы. Взмах хвоста — и всё вокруг разлетается в стороны. Кальмар, вместе с атлантом, просто сметается ударом, как сорванные листья в шторме. Огромная туша щупальчатого складывается пополам, и вместе с ней катится в бездну вопящий атлант.
В водовороте что-то блеснуло. Трезубец. Атлант выронил оружие.
Я всерьёз задумываюсь.
На атланта — плевать. А вот за этой закорючкой стоит вернуться.
Не теряя времени, в третий раз активирую портального легионера. Мир сдвигается, искривляется — и я оказываюсь в ледяной воде, чуть в стороне от места удара. Вокруг — хаос. Взвесь, пузырящиеся водовороты, муть. И среди всей этой серой бурлящей массы — трезубец. Он медленно тонет, вращаясь в потоке, словно не желая погружаться на дно морское. Лезвия поблёскивают тусклым светом.
Я на секунду задерживаюсь, оценивая обстановку. Рядом прокатываются остатки удара — мощные течения и клочья ошмётков кальмара, а где-то далеко в глубине исчезает тело атланта. Но мне до него нет дела.
Рывок — и трезубец у меня в руках. Холодный, тяжёлый, скользкий. Чувствую, как из древка струится сила — вязкая, настороженная, будто сама магия трезубца изучает меня в ответ.
Рывок — и он у меня в руках. Переход обратно. Лёгкий хлопок, шлёпнувшаяся с меня вода — и я снова в каюте, тяжело дыша, с трезубцем в руке.
Айра оборачивается ко мне, глаза расширены:
— Всё закончилось?
Я молча киваю.
Айра подходит ближе, разглядывая трофей:
— О!… — ликанка замирает. — Это же княжеский трезубец. Один из тех, что принадлежат князьям Океанарии.
Значит, княжеское оружие. Я кручу его в руках. Трезубец тяжёлый, сбалансированный, с прямыми сужающимися зубцами. Остриё поблёскивает странным металлическим светом. И тут — щелчок. Кончики вдруг вспыхивают, и короткая молния выстреливает прямо мне в лицо.
— Даня, нет! — кричит Айра.
Айра кричит:
— Даня, нет!
— Тише, — бросаю девушке, и она потрясённо замолкает.
