Обычно для этой цели используются знаменитые выпускники, но в нашем случае скульпторы воспользовались шансом создать свои шедевры, восстанавливая облик героев Российской Империи и правящего рода. Перед центральным входом и вовсе за лето появилась статуя его императорского величества Федора, чьим именем и называлась наша академия.
— Иван Владимирович, — кивнул мне Легостаев, спускаясь с крыльца.
— Сергей Константинович, — повторив его жест, отозвался я.
Нас нельзя было назвать друзьями, однако к некроманту я ощущал некоторое уважение. Не знаю, каким он получился солдатом и офицером, но преподавателем оказался шикарным. Возможно, он сам от себя не ожидал, что в нем пропадает талант передавать знания, но факт оставался фактом — Сергей Константинович был одним из самых популярных преподавателей.
— Сестра просила передать вам, — сунув руку за пазуху, маг смерти вытащил конверт, запечатанный сургучом. — Надеюсь, у вас найдется время, чтобы посетить ее торжество.
Я принял послание, но вскрывать сразу же не стал.
— Пока ничего обещать не могу, но в случае, если не получится присутствовать самому, надеюсь, вы передадите мой подарок Варваре Константиновне?
— Разумеется, — чуть прикрыв глаза, ответил Легостаев. — Всего доброго, Иван Владимирович, а мне пора на пары.
Кивнув ему, я поднялся по ступенькам и, толкнув створку, вошел в здание.
За этот год с семьей Легостаевых у нас выстроилась довольно любопытная история взаимоотношений. Однако я мог с чистой совестью признать: свое дело потомственные маги смерти знали. И карьера Варвары Константиновны это доказывала.
Несколько раскрытых заговоров на периферии, сотрудничество с Антониной Владиславовной в вопросах предательства среди сотрудников Службы Имперской Безопасности, допросы предоставленных мной голов — все это позволило Легостаевой не только возглавить столичный отдел некромантов, но и встать у руля подразделения всех магов смерти Российской Империи.
Как бы мне ни грела душу мысль, что без меня такой взлет был бы невозможен, однако в действительности наше с Варварой Константиновной сотрудничество вряд ли составит десять процентов всех дел, с которыми столкнулась Легостаева на службе.
Пройдя в свой кабинет, я бросил саквояж на стол, после чего расстегнул пиджак и повесил его на спинку стула. Закатав рукава, я проверил, что все нужные принадлежности на месте и, взяв мел в руки, быстро написал свое имя на доске.
Занавесив шторы на окнах, чтобы свет не проникал в кабинет, я набросал несколько печатей на потолок и стены, формируя эффект проектора. Можно было воспользоваться и настоящим, но тогда бы пришлось рисовать чары вручную. А так я могу по желанию менять объемное изображение, которое к тому же и крутится вокруг своей оси по моей воле — как в размерах, так и в процессе модификации из одной печати в другую.
Закончив с приготовлениями, я сел за свой стол и, вооружившись записями, приготовился к первому занятию у первого курса.
Отвлек меня стук в дверь. Я поднял голову и встретился взглядом с коротко стриженным мальчишкой, которому сложно было бы дать больше шестнадцати лет. Но внешность бывает обманчива.
— Разрешите заходить? — спросил он.
— Конечно, — кивнул я.
Вслед за парнем в кабинет набились остальные студенты из группы. Дождавшись, когда они займут места, постоянно бросая заинтересованные взгляды на сияющие печати, я поднялся со своего стула.
— Итак, дамы и господа, начнем наше первое занятие, — объявил я. — Меня зовут Иван Владимирович Моров, и первые полгода я буду преподавать у вас универсальную магию, а после — защиту от темной магии. А теперь перейдем непосредственно к первому занятию. Что же такое магия.
Я уже шагал на парковку, когда моего слуха коснулся сдавленный шепот из зарослей.
— Здесь и сейчас!
Приподняв бровь, я шагнул в сторону, где магический взор показывал наличие трех человек. Зеленые насаждения скрывали от обычного взора скамейку, на которой частенько собирались студенты, пришедшие на перекур, а заодно и перемыть преподавателям кости.
Сейчас же картина была совсем иной.
Первокурсник стоял с поднятыми к лицу кулаками. А напротив него оказалось сразу двое студентов старше. Причем, судя по форме, оба с боевого факультета. То, что сейчас произойдет потасовка, было ясно и без подсказок. Вот только старшие студенты были благородными, а первогодка — нет. Тут свидетелей нет, но это не значит, что дворянские отпрыски не захотят отомстить, уничтожив простолюдина.
Я уже собирался показать себя и вмешаться, но в этот момент с другой стороны зарослей появился еще один студент. На этот раз — уже с моего факультета.
Естественно, я его прекрасно знал. Александр Даниилович Колесов был одним из немногих моих студентов, которым я пророчил светлое будущее. Только в своей голове, разумеется, однако…
Тратить время на разговоры Колесов не стал. Подняв руки, он зажег на них фиолетовое пламя и с кривой ухмылкой заговорил:
— Господа, я смотрю, вы так и не научились находить себе противника по статусу. Похоже, вас придется как следует поучить манерам.
