— Они рассчитывают, что я настолько горю желанием поскорее пройти обряд, что не пожалею никаких денег на то, чтобы ускорить процесс, — пояснил я. — Но, отец Федор, я не настолько богат, чтобы заниматься благотворительностью подобного уровня. Пожалуйста, будьте так добры, донесите до исполнителей, что если через три дня реставрация Святой Софии не будет выполнена в полном объеме, все сотрудники компании, включая владельца, отправятся под суд в соответствии с законами Российской Империи. И я уверен, его святейшество Иоанн поддержит мое решение. Наживаться на святыне Русской Православной Церкви — это преступление, достойное Антихриста.
Священнику ничего не оставалось, как согласиться.
Впрочем, он тоже все прекрасно понимал, иначе не находился бы здесь. Уж слишком жирный кусок валился в руки церкви, чтобы допускать мысль, будто ко мне пошлют глупца или оголтелого фанатика.
Реставрация Святой Софии, оказавшейся в довольно-таки печальном состоянии еще до моего вторжения, была очень дорогим проектом. И знаковым. Именно по тому, как мы обойдемся со святыней, местные станут судить, как мы будем вести дела.
И если начал я с того, что разрешил местному населению принять православие, чтобы не покидать Царьградское княжество, то сейчас пришла пора продемонстрировать кнут. Сосать деньги из казны, конечно, увлекательно, и в другое время я действительно мог на это закрыть глаза, но только не в данном случае.
Я не церковь, у меня просто денег не хватит несколько лет кормить компанию строителей, которые бурно изображают работу. Но был в этом и маленький плюс — промедление с венчанием на великое княжение позволило нам глубже изучить местную обстановку.
Разумеется, свой вклад вносили и государевы люди, проводящие ревизии в каждом предприятии. И сотрудники Службы Имперской Безопасности, которые активно выдергивали на свет божий все затаенные грешки местных предпринимателей. Но в конечном счете все было проведено в соответствии с законом Российской Империи. Так что если кто и посмел бы жаловаться его императорскому величеству на мое самоуправство, его ждало бы разочарование.
— Нам нужно поскорее подтвердить твой княжеский титул, — заговорила Снежка, отпив сока из высокого бокала. — Мне уже всю почту завалили просители, спешащие заверить нас в своей дружбе. Даже братья звонили — что-то в Москве затевается, их полки срочно выдернули в столицу.
Я хмыкнул, прежде чем ответить.
— Все логично, дорогая, — глядя на супругу, произнес я. — Недовольные последовательной политикой императоров сейчас собираются в единый кулак, чтобы вытребовать у государя какие-нибудь преференции. Сделав меня князем, Виктор Константинович показал, что это вполне возможно. И теперь начнется раскачивание лодки, ведь многие дворянские фамилии если и не достойны аристократического титула, то уж точно таковыми себя считают.
Снежка нахмурила брови.
— Нужно ли нам объявить, что ты не поддерживаешь этот дворянский бунт? — уточнила она.
Я покачал головой.
— Не имеет смысла, — ответил я. — Те, кто видят во мне шанс получить титул, скажут, что я намеренно отказываю остальным в их праве. Те, кто поддерживают государя, и так все знают сами. В любом случае ни одна группа, ни другая не станет действовать, пока не состоится мое венчание. Реставрационной компанией владеет русский дворянин, Снежка. И он действует в интересах одной из группировок, затягивая процесс как можно дольше. Так они выигрывают время, чтобы выработать единое мнение и распределить роли.
— Ты хочешь сказать, что прямо сейчас в Москве зреет заговор, о котором тебе известно, но ты не собираешься ничего предпринимать по этому поводу? — переспросила моя супруга.
Мне оставалось только улыбнуться в ответ.
— Снежка, милая моя, — протянул я, притянув ее к себе, и, обняв, поцеловал в макушку. — Ну почему ты так уверена, что если мне здесь, в Царьграде, известно о заговоре, то его императорское величество, сидящий в Москве, о нем ничего не знает? Я тебя уверяю, Виктор Константинович не зря взошел на престол. Не удивлюсь, если у него есть свои люди по обе стороны баррикад, которые намеренно раздувают пожар, чтобы когда наступит нужный момент, Служба Имперской Безопасности взяла за глотку всех недовольных и поступила с ними по закону.
Снежка покачала головой, но вырываться из моих объятий не стала. Мы просидели так еще несколько минут, наслаждаясь этим коротким перерывом. А потом нас разнесло в стороны обязанностями.
Пускай обряда еще не было, однако все документы были готовы. А значит, я был князем, и требовалось заниматься делами Царьграда. Снежке тоже предстояло решать проблемы наших подданных.
Но несмотря ни на что, я знал, ради чего стараюсь. Путь будет долог, сложен и дорог, но цель оправдывала любые вложения. Потому я и насаждал законы Российской Империи, разгоняя всех, кто пытался жить по турецким уложениям. Больше им здесь не бывать.
