– Не «папкай». Я жду. – Хоть давление Эфира и исчезло почти полностью, но тон, которым боярин окоротил дочку, ясно подсказал ей, что спор неуместен… и неожиданно зачесавшаяся от неприятных воспоминаний попа согласилась с разумом.
– Так. – Ольга глубоко вздохнула и, сосредоточившись, начала отвечать, словно на экзамене по этикету. – Трость – обязательный атрибут, без которого ни один самостоятельный неженатый человек не может появиться на пиру или ином официальном мероприятии, за исключением государевых приемов, где оружие, к которому приравнивается и трость, недопустимо, поскольку нет в государстве места безопаснее, чем под защитой ока государя…
– Ну, и чего замолчала? Спросить что-то хочешь? – подбодрил ее Бестужев.
– Да… Отец, но ведь у трости есть и другое значение, – чуть помявшись, проговорила Ольга. – Ну… что молодые люди берут на прием трость… после того как…
– Не мямли. Ты дочь дипломата или кто? – резко оборвал дочь боярин.
– Ох… м-м. Существует мнение, что наличие трости говорит о том, что мужчина, ее носящий, уже познал женщину, – сосредоточившись, выпалила на одном дыхании боярышня. Отец хмыкнул, и Ольга развела руками. – Но ведь правда, многие молодые люди носят с собой трости именно поэтому. Сама видела… и слышала их похвальбы.
– Разумеется. Но если бы ты была внимательнее, то несомненно заметила, что они всегда носят трость на малые, неофициальные вечера и… гулянки, но никто их не попрекает ОТСУТСТВИЕМ трости, когда они сопровождают своих родителей на официальных пирах и мероприятиях.
– Э-э… – Ольга недоуменно взглянула на отца, но ответить не успела. Вместо нее это сделал знакомый голос, раздавшийся от дверей. А в следующий момент девушка почувствовала, как ноющая пустота в груди, поселившаяся там с того самого момента, как Кирилл привез ее в усадьбу, заполняется целым ворохом чувств и эмоций. И среди них не было ни насмешки, ни удовлетворения от сделанной пакости. Только нежность, в которую девушка тут же и окунулась… «с головой». Да так, что не сразу поняла следующие слова Кирилла:
– Возможно, они так ведут себя потому, что знают: стоит им появиться на официальном приеме самостоятельно, без родителей – и никакая трость не спасет их от участи присутствия за «детским» столом, на «детской» же галерее?
– А… как это? – прогоняя сладкий туман, помотала головой Ольга, но успела заметить, как переглянулись мужчины.
– Оленька, ты же сама только что сказала: «Самостоятельный неженатый мужчина», – со вздохом пояснил боярин. – А много ты знаешь самостоятельных и неженатых среди боярских отпрысков? Вот-вот, система построена так, что они либо еще несамостоятельные, либо уже женатые. Зазор слишком мал. Это Кирилл у нас выделился… опять. Впрочем, вру. Некоторое количество подобных счастливчиков имеется и среди бояричей, но их число невелико. Весьма невелико.
Девушка резко запунцовела и только что не застонала от собственной бестолковости. Но, вспомнив о стоящем рядом Кирилле, под его же одобрительный хмык, тут же взяла себя в руки и, успокоившись с помощью все той же набившей оскомину дыхательной гимнастики, уставилась на нареченного.
– Но если все так, то зачем ты нацепил эту ленту? И, кстати, где ты ее взял? – спросила Ольга.
– Близняшки сдали твоего портного. Хотя я просил только указать тип и рисунок ткани, – пожал плечами Кирилл.
– Э-э… Но… Я убью их, – заключила Ольга, отойдя от шока. Такой подставы от сестер нареченного она не ожидала, а ведь они вроде бы подружились…
– Не стоит. Они не виноваты, просто я умею быть убедительным, – расщедрился на улыбку Кирилл.
– Так. Не сбивай меня, я сама собьюсь, – нахмурилась Ольга. – Лента. Зачем ты ее нацепил… если отбросить вариант этой… этой Посадской?
– Сынок, она не понимает, – буркнул, давя широченную улыбку, Бестужев.
– Какая недогадливая у меня невеста, батюшка, – согласился Кирилл и, пристально взглянув на ошеломленное лицо Ольги, кивнул. – Не понимает. Кстати, эти идиотские реснички надо отклеить. Глаза портят.
– Дались вам эти накладки!!! И о чем вы вообще, черт возьми, говорите?! – взбеленилась девушка.
– Сынок, твои словечки. Проследи, чтобы она от них избавилась, – в деланом недовольстве покачал головой боярин, а когда Ольга уже была готова броситься на… да без разницы, на кого из них, лишь бы глаза выцарапать, Кирилл сжалился.
– Понимаешь, по итогам подстроенной тобой встречи с Шутьевым я решил, что таить нашу помолвку больше не имеет смысла. Все одно, как показала практика, найдутся желающие потеснить меня в сторону. Так пусть у меня будут легитимные полномочия, чтобы размазать таких охотников по всем правилам этого вашего дурацкого света. В общем-то, именно для этого мне и понадобилась твоя лента. Более красноречивого знака нашей помолвки никакие традиции не предусматривают. Ясно? Хотя интерпретация боярыни Посадской мне понравилась. Феерическая женщина. Настоящая капитал-фрау. Не знаю, поженимся мы с тобой или откажемся от помолвки, но на моей свадьбе боярыня Филиппова-Посадская точно будет посаженой матерью.
