После уроков я не хватаю Риманте под руку, не дурак. У нее — тоже статус. Низкий, да, но мой еще ниже. Надо срочно богатеть и обзаводиться кланом! Главы кланов имбецилами не бывают. Красотки сами на шею попрыгают! Ну а пока клана нет, приходится вот так.
Иду не спеша за девочкой, поглядываю, принюхиваюсь. Подземным переходом, потом по Великокняжьей першпективе. Здесь первые этажи — сплошь магазины. Кормовая база клана Меньшиковых, здесь они гребут свои «ингредиенты». Поглядываю завистливо — мне бы парочка брендовых магазинчиков в управлении не помешала! Постоянный доход, и делать ничего не надо.
Риманте задерживается у одной из витрин. Она не проверяется на слежку, еще чего, она же не убийца, как я. Просто заинтересовалась, посмотрела грустно и пошла дальше. В свою очередь прохожу мимо и заглядываю. Магазин спортивной одежды. А на витрине — манекены стройных девочек в нарядах группы поддержки команды «Меньшиков-Зубр». Никогда не понимал, зачем перед игрой танцуют почти раздетые девочки, а сейчас представил Риманте в этих нарядах и вдруг понял. И чуть слюной не подавился. Та вот она как мечтает выглядеть! Смело! На стадионе это вроде еще ничего, когда издалека, но вблизи… очень смело! А она мне нравится, приличная девочка Риманте!
Маршрут ее я хорошо запомнил. На оживленной першпективе к ней лучше не подходить, но когда пойдет через дворы — самое то.
Так оно и получается. Догоняю ее, пристраиваюсь рядом. Она мгновенно принимает неприступный вид и слегка отодвигается. Я только усмехаюсь. Я — взрослая умудренная личность, я не гоняюсь за вниманием пятнадцатилетних! Я тут осуществляю свои планы, и когда осуществлю, эти пятнадцатилетки сами будут падать в мои руки! А я буду не спеша выбирать!
Так что я даже не смотрю на нее, а просто говорю сквозь зубы, чтобы слышала только она:
— Ты родилась от кланового. И несколько лет жила и воспитывалась в клане у отца. Потом надолго попала в больницу. Вышла из нее с нарушением речевой функции и вернулась жить к матери. Продолжай то, чего я еще не знаю о твоей семье и тебе.
Она шагает все так же ровно и легко, и в лице не изменилась. Железное самообладание, мне нравится. Хотя неподвижность лица — это, скорее всего, остаточное влияние маготравмы. Вот пусть таким и остается, не люблю кривляк.
— Зачем?
Риманте использует слова пока что осторожно и с трудом. Боится, что способность к речи снова уйдет. И это мне нравится еще больше. Терпеть не могу женскую болтовню! И не знаю таких, кому она нравится! Ну, из мужчин, сами женщины, понятное дело, от нее в восторге… А те мужчины, которым нравится болтовня — сами бабы! Поэтому отвечаю в том же стиле — коротко, но внушительно:
— Вылечу и буду использовать!
Девочка бросает на меня мгновенный взгляд. Такой… уничтожающий. Это да, это она может. Помню-помню, как пиналась.
— Секс не предлагать! — морщусь я. — В моих делах потребуется маг, не любовница.
— Я не маг.
— А я сказал — вылечу! Ведь речь вернулась? Риманте, давай быстрее, скоро твой дом!
Девочка шагает молча. Потом говорит ровным голосом:
— Жила в клане Лихачевых. Воспитанницей младшего князя. Князя убили Меньшиковы в споре за рыбзавод. Меня ранили. Два года в больнице. Теперь с мамой и отчимом. Мама — официантка в ресторане «Меньшиковъ», отчим там в охране. Оба пьют.
Быстро обдумываю. История с кланом Лихачевых с действительностью не бьется. Что-то там другое случилось, девочку искалечили намеренно. Но это ладно, это потом. Это ж как приперла девочку бедность, что готова довериться имбецилу⁈ Убить бы всех клановых, да общество развалится…
— Я с тобой до квартиры! — решаю я. — Гляну на твоих, там решу по обстоятельствам. Мне, чтоб лечить, нужен полный контакт…
Риманте взглядом убивать пока что не умеет. Но когда научится… невольно ежусь. Будет кому-то жена… даже не обезьяна с гранатой, а жена-граната!
— Я же сказал — секс не предлагать! — напоминаю ей сердито. — Полный контакт — это чтобы не мешали, понятно?
Ей непонятно, но тут мы выходим снова на улицу. И рядом с пронзительным визгом тормозов останавливается спортивный «Гепард». Движок в 2,4 драконьих сил, меняемый клиренс, противокрылья, чистый выхлоп — не машинка, а мечта.
— Меньшиков, — побелевшими губами шепчет Риманте. — Младший.
Меньшиков-младший брезгливо ставит ногу на асфальт. И легко выпрыгивает. Ах, красавчик. Не Ален Дюпон, но близко, близко! Сейчас Риманте растечется в лужицу от восхищения, если он на нее взглянет.
Но Меньшиков смотрит на меня. Извращенец. Но, скорее всего, просто узнал. Рожа у меня такая… характерная, спутать трудно. Сейчас он за все двести потерянных тысяч отыграется.
— Сейчас меня будут немножко бить! — тихо бормочу девочке. — Так надо. Не вмешивайся, не кричи.
И шагаю навстречу клановому.
