То, что она голодная, я знаю без диагностики. У нее выправляется магическая система. Она сейчас постоянно хочет кушать.
Риманте стеснительно отказывается, но у сестричек долго не постесняешься, они ее просто заталкивают за стол рядом со мной и наваливают еды. Очень хорошей, очень качественной еды. Ну да, копченого муксуна тоже. А дальше девочка просто не может сдерживаться. Дома ее явно не балуют. Кстати о доме…
— У вас в программе обучения наверняка было семейное законодательство, — смотрю я на Веру. — Что требуется для заключения помолвки?
— Помолвки? — растерянно переспрашивает женщина.
— Ну да, помолвки! Как я понимаю, ее достаточно, чтобы перевезти Риманте к нам?
Глаза сестричек горят жгучим интересом, Риманте в ступоре, а Вера справляется с чувствами, набирает побольше воздуху…
— Рой, что ты такое говоришь⁈ Так хамски девочке руку не предлагают! Ты ее вообще спросил⁈
Озадачиваюсь. А что такого я сказал? И при чем тут Риманте? Помолвка вообще-то родственниками и опекунами заключается. И это же очевидно, что помолвка — самый быстрый и простой способ ввести девочку в будущий клан? Или не очевидно? Или все уже забыли, что я говорил про собственный клан? Или посчитали несерьезной болтовней? А вот это уже действительно хамство, только по отношению ко мне…
— Рой!
Прихожу в себя, смотрю на Риманте. Девочка сидит пунцовая и вот-вот расплачется. М-да, кажется, не учел нежных девичьих чувств.
— Извини, мама, — каюсь я. — Занесло.
Вера вздрагивает и неверяще смотрит на меня. У близняшек носорожья кожа, и деликатность его же, они ничего такого не услышали, но бывшая фрейлина понимает, сколько очень важного кроется в простом слове «мама». И теперь смотрит на меня, проверяет, правильно ли поняла. Я еле заметно киваю. Правильно ты все поняла, не ослышалась. Ты — мама, и имеешь право ругать и хвалить, гладить по голове и отвешивать подзатыльники и вообще делать все, что положено маме. Я, конечно, валялся без сознания, но это не помешало мне увидеть, кто именно поил меня бульонами через трубочку и плакал ночью у кровати. Я такими отношениями не разбрасываюсь.
У Веры начинают подозрительно блестеть глаза. Я отворачиваюсь, чтоб не смущать ее.
— Риманте! — говорю я девочке. — Извини, не сообразил заранее объяснить. Тебе лучше жить с нами. И для лечения, и для обучения. И вообще в моем будущем клане тебе зарезервировано место. Самый быстрый и понятный всем способ — заключить с тобой помолвку. И тогда ты сможешь с полным правом перебраться к нам. А потом, если что, ее расторгнуть нетрудно. Когда у тебя образуется личная жизнь. Вот. Предлагаю ру… ах да. Снова забыл. Жанна, пойдем пошушукаемся!
Вывожу заинтригованную сестричку в коридор и шепотом объясняю задачу. И вручаю деньги, куда ж без них. Жанна исчезает быстрее ветра, «Альфа» за окном победно ревет и уносится прочь. А я возвращаюсь на кухню, сажусь на свое место, и мы чинно кушаем. А что? У меня тоже организм выправляется, я тоже хочу есть. Постоянно.
— Рой! — не выдерживает Хелена. — Какой клан⁈ Где мы и где клановые?
А вот так говорить не стоит в присутствии моей… моей фертильной самки! Зло выпячиваю новообретенную челюсть а-ля Ален Дюпон:
— Мы движемся к клану! Тебя что не устраивает? Живем в престижном месте напротив Магической академии, а не на задворках сектора Меньшиковых, так?
— Да, но…
— Вы гоняете в колледж на люксовой «Альфе», не пешком шкандыбаете, как совсем недавно, так?
— Да, но…
— Мама выкупила обратно свои драгоценности?
— Рой, это понятно, но…
— Ти-фоны, одежда, еда у нас теперь соответствуют статусу благородных?
Хелена замолкает, сбитая с толку. Смотрю недовольно, что она еще выдумает.
— Рой, клан — это земля! — бурчит в результате Хелена. — А у нас ее нет.
— Па-а-а-думаешь. Отберем.
Сестричка невольно улыбается. Ход моих мыслей ей определенно нравится. Эх, не в свое время близняшки родились, им бы пиратками по морям шастать! Но и в наше время имеются возможности. Если не стесняться.
Риманте смотрит на нас круглыми глазами. Она видит, что мы не шутим, но ведь говорим невозможные вещи! У кого — отберем? У кланов⁈
Бах! Влетает растрепанная Жанна с коробкой в руках. Довольная — аж сияет! Все же любят женщины покупки, душу за них готовы продать.
Встаю и церемонно обращаюсь к Риманте:
— Предлагаю тебе руку и сердце. Прими в знак согласия колечко и скромный подарок.
Ошеломленная стремительностью событий девочка машинально вцепляется в коробку. Ну а колечко я ей надеваю сам. Пальчики у нее маленькие и нежные, как у ребенка, но Жанна глазастая, правильно угадала размер.
Хрючка, на выход! — горланит Жанна. — Нам на учебу! А тут столько интересного! Хоть разорвись!
— Кстати, учеба, — морщусь я. — Бросайте вы этот колледж. Вам в Магическую академию пора. Набор уже закончен, но если заплатить, думаю, за определенную сумму вам пойдут навстречу. Годик вольнослушательницами проболтаетесь, оботретесь там, обживетесь, к экзаменам подготовитесь, на следующий год поступите на факультетное обучение.
Сестрички смотрят неверяще. Для них задрипанная Магическая академия в губернском центре — предел мечтаний.
