— Сон делает слабым. — Подойдя к указанному мальчишкой старику, предводитель рейдеров чуть наклонился и, сграбастав пленника за волосы, мощным рывком воздвиг его на ноги. — Мне сказали, что ты отличаешься от обычного мяса, — прорычал он, лениво поворачивая на вытянутой руке поскуливающего от боли мужчину. — Что же, у тебя есть шанс это доказать. Начинай, падаль. И постарайся поберечь мое время.
— Я... — Пленник захрипел. — Я остался, чтобы передать тебе послание, Колючка. — С усилием набрав в грудь воздуха, старик закашлялся. — Брокер предлагает тебе сделку... Если ты... — Старик снова закашлялся, в уголках его губ проступили капельки крови.
— Пока что ты только испытываешь мое терпение. — Тряхнув сотрясаемого очередным приступом кашля пленника, лидер рейдеров сдвинул брови к переносице.
— Бойня... — с трудом выдохнул старик, — это не только опиум. Это чистая вода. Заводы. Теплицы со свежими овощами. Кабаки и трактиры. Торговля. Ярмарки. Всё это может стать твоим.
— Это и так моё, — прищурился Колючка.
— Да... — С трудом выдавил из себя пленник. — Ты считаешь, что Бойня твоя. Можешь считать. Но сколько не говори: сахар, во рту не станет сладко. Даже если ты возьмешь город... кто будет ремонтировать и обслуживать взорванные твоими людьми водокачки? Кто снова запустит станки? Кто из твоих людей знает, как ухаживать за виноградниками и маковыми полями? Брокер предлагает тебе другой путь. Пусть Финк строит баррикады и укрепления. Пусть ставит на стены пушки и пулеметы. Пусть тратит серебро на наемников, что прилетели сюда на шести геликоптерах и одном джете. Это будет неважно, если город сам откроет тебе ворота...
— Джет и шесть вертолетов... — Задумчиво проворчал предводитель стаи. — Значит, в городе отряд Аладдина... Жаль. Я думал, что обойдусь без боевых зверей.
— Обойдешься, Колючка. Не только без зверей. Без минометов и разрушенных домов, без долгой осады. — Болезненно поморщился старик. — Если мы договоримся, геликоптеры даже не взлетят. Брокер предлагает тебе мир, Колючка. Мир и ключи от Бойни...
— А его цена? — Склонив голову набок, рейдер растянул губы в подобии улыбки. — Или ты сейчас начнешь убеждать меня, что это подарок?
— Цена... — Снова болезненно закашлявшись, старик попытался отвернуться в сторону костров, но был остановлен мощным рывком за волосы.
— Цена... — Глубоко вздохнув, пленник попытался улыбнуться. — Цена — это голова Финка. У Брокера не хватит сил, чтобы прорваться через охрану. Мятеж слишком опасен. Будет много жертв... Операторы... слишком хорошо вооружены. А ты сможешь... Если ты сохранишь город в целости...
— Ты не понимаешь, — отпустив пленника, Колючка отступил на шаг и принялся брезгливо вытирать руки промасленным обрывком ткани, услужливо протянутым ему маленьким байкером. — Мы — Стая. Нам не нужны ваши стены. Не нужны заводы и дурацкие теплицы. Нас кормит пустошь. От Костяной гряды до Сетящегося моря. От Сломанных холмов до Свечения. Её леса и степи, болота и пустыни, солончаки и тундра. Мы берем от неё всё, что нужно от пустоши и от таких баранов, как вы. Мы не овцы, старик, мы — волки. Мы не едим траву. Нам нужно мясо. Красное мясо...
— Пятьсот рабов, — чуть слышно прошептал старик. — Пять сотен каждый сезон. Двести мужчин и три сотни женщин. Молодых, здоровых.
— Пятьсот? — Главарь банды на секунду задумался.
— А также весь героин и опий, что производят в Бойне. А ещё, тяжелое оружие. Пять крупнокалиберных пулеметов и одна автоматическая пушка каждый сезон. И столько патронов, сколько ты захочешь.
— Ты заставил меня засомневаться, старик. — Проворчал Колючка и задумчиво поскреб бороду. — А я не люблю сомнения. Хорошо. Если всё так, как ты сказал, мы не тронем твои теплицы и заводы. И даже не будем слишком веселиться после штурма. Но если Брокер вздумает меня обмануть... Отрежь ему ухо и вынь глаз. Правый. — Бросил рейдер, развернувшись к подростку, и отпустил волосы пленника.
Малолетний налетчик усмехнулся и, вынув нож, подсек старику ноги. Мужчина закричал. Громко, тоскливо, обреченно.
— Это всего лишь глаз, старик, — рассмеялся главный рейдер. — И гребанное ухо. У тебя осталось еще по одному и того, и другого. Не понимаю, почему ты о них плачешь. Ты, ведь, знаешь, что тебе осталось жить не больше месяца. Вонь черной гнили ни с чем не спутаешь. Брокер думал принести нам заразу? Мы — Стая. Звери не боятся болезней. Но ты испортил нам целую партию мяса.
Брезгливо поддев носком ботинка окровавленный кусочек плоти, Колючка отвернулся.
— Развяжите его. — Небрежно махнул рукой глава стаи. — И пусть уходит к своему хозяину. Пусть скажет, что мы согласны...
Чуть слышно скрипнул разрезающий путы нож. Старик заскулил. Прижал руки к кровоточащей глазнице и, с трудом встав на ноги, неверной походкой побрел прочь.
— Скажи своему господину, что мы придем завтра. С рассветом. — Чуть повысил голос лидер стаи зверей.
