— Обязательно. — Насмешливо фыркнул великан, наклонившись к костру, запустил руку за пазуху и, достав из-под полы расстегнутого кожаного жилета тяжелый тесак, принялся лениво ворошить кончиком ножа угли. Для любого нормального человека этот нож вполне мог бы сойти за короткий меч, но в руках великана клинок выглядел как зубочистка. — Все, что мне нужно, я уже видел. А что до остального, — колосс чуть склонил голову, и на охватывающих череп металлических пластинах заиграли отсветы пламени. — Не люблю баб, у которых задница меньше, чем мой кулак.
— Тяжело тебе тогда. — Криво усмехнулась Элеум и, вздохнув похлопала по прикладу лежащего у нее на коленях СКС. — Так кто дежурит первым?
— Ставро… — усмехнулся Зеро. — И первым, и последним. Он предпочитает спать днем.
Словно в подтверждение слов великана, откуда-то из-за границы освещенного костром пространства раздался истошный вопль.
— Волколак. — Прокомментировала наемница и озабоченно нахмурилась. — Был. Слушай, Зеро, может, сходишь угомонишь своего дружка? Мы тут и так с костром как прыщ на заднице. А еще этот живодер-любитель…
Неопределенно хмыкнув, великан прищурился, сделавшись похожим на огромного лесного кота.
— Боишься дикарей? — Поинтересовался он, наконец, безразличным тоном. — Ну да. Из твоей пукалки много не настреляешь. Патрон слабый, пуля мелкая… Против людей сделано… Да и то, если без бронника.
— Я из почти такого же снежного ящера валила. — Обиженно заявила наемница. — Что до патронов… Зато они легкие. Не то, что твои дурищи. Каждый, небось, грамм двести весит.
— Двести десять. — С достоинством кивнул великан. — Пуля удлиненная. Сто двадцать грамм свинчатки. Заряд — дымарь и бертолетовая соль. Громко, грязно и серой воняет. Зато накоротке одним выстрелом любую тварь с ног свалит. Даже неважно, куда попасть. Так что там, где тебе и магазина не хватит, мне достаточно один раз пальнуть.
— Ну да. Только в упор. К тому же у этой дуры, наверняка, отдача — как бык лягнул. — Поморщилась Элеум и покосилась в сторону бледной, как мел, зябко обхватившей руками плечи, неотрывно смотрящей на огонь Кити. — Принцесса, все в порядке?
Никак не отреагировавшая на слова наемницы Кити продолжала смотреть в костер невидящим взглядом.
— Кисонька?
— Анализ. Сорок шесть… Вектор… Перерасчет… — Неожиданно подал голос неподвижно застывший у костра Эвенко. Лицо старика на мгновение сморщилось, превратилось в опаленную огнем пластиковую маску. — Нет. У нее не все в порядке. Учитывая общую эмоциональную нестабильность этой породы, одевать на девчонку нейрокоммуникатор было довольно… жестоко. И глупо. Ты вообще знаешь, что от этой технологии отказались еще до войны?
— Породы? — Прищурилась наемница, отложив карабин в сторону, придвинулась к вздрогнувшей Кити, аккуратно притянув к себе, казалось, полностью погрузившуюся в себя девушку, попыталась заглянуть ей в глаза.
— Не цепляйся к словам, Нежить… — Отмахнулся старый инженер. — Главное то, что ей плохо, а я могу помочь это прекратить. И еще — коммуникатор… Не вздумай его снимать. Сделаешь только хуже.
— Задницу, трогать не дам. — С подозрением покосилась на старика Элеум. Кулаки наемницы медленно сжались. Между пальцев левой руки блеснула сталь.
— Дохлая. — Многозначительно покачал головой Зеро. — Не стоит.
— Чудесный навык — переводить любой разговор в сторону секса. — Скривился старик, и с хрустом расправив плечи, протянул руки к огню. — Предлагаю тебе небольшую игру. Просто будем задавать друг другу вопросы. По очереди. Не думаю, что это займет много времени. Но учти. — Глаза старика неожиданно распахнулись, превратившись в две плошки, мерцающие в свете костра желтым. Я слишком стар и устал, чтобы пытаться меня обманывать.
— Ллойс… — Неожиданно простонала Кити и, протянув руку, коснулась кончиком пальцев плеча наемницы. — Ребенок… Огонь… Почему так больно… — Глаза девушки закатились и она, обмякнув, повалилась на руки наемнице.
— Черт. — Осторожно пощупав лоб почти не отреагировавшей на ее движение девчонки, Элеум с подозрением и беспокойством посмотрела сначала, на казалось, потерявшего интерес ко всему и вся, заворожено ковыряющего клинком угли костра Зеро. Потом перевела взгляд на выжидающе смотрящего на нее старого инженера и тяжело вздохнула. — Хорошо. Только не тяни, милый.
Старик одернул полы плаща пыльника, поерзал, устраиваясь поудобнее, помассировал переносицу и, склонившись над рюкзаком, принялся не торопясь распускать завязки клапана.
— Будем считать, что договорились. — Протянул он, наконец. — Что ты помнишь из детства? Какое твое первое воспоминание?
Ллойс с недоумением уставилась на старика.
— Это шутка?
— Нет. — Покачал головой Эвенко. — Ты ведь хочешь помочь подруге?
В лагере воцарилось напряженное молчание.
— Ладно. — Вздохнула, наконец, Элеум. — Ладно. Просто боюсь, что я тебя разочарую. Мое первое воспоминание — собачья конура. И пес. Большой. Рыжий, в подпалинах. Еще помню озеро. Чистое. Холодное. Я туда убегала. Плавать. И дом. Старый. С прохудившейся крышей. А еще…
— Что стояло у крыльца? — Неожиданно перебил наемницу инженер.
