— Если бы ты работал «наоборот». — Карлик скривился. — Половина города уже лежала бы в руинах.
— Рад, что ты это понимаешь… — Кивнул предводитель стрелков после минутной паузы. — Это ее грузовик?
— Да. — Пожал плечами коротышка. — Но я не думаю, что она за ним вернется.
— Даже так? — Рассмеявшись, командир стрелков громко хлопнул себя по бедру. — И почему это ты так думаешь?
— Потому, что ты не прилетел бы сюда, не будь у города больших неприятностей. — Проворчал Болт и, развернувшись к Майло, махнул рукой. — Да опусти ты свою дуру…
Телохранитель со вздохом опустил оружие.
— Ну… Об этом-то догадаться не сложно… — Протянул Аладдин и, переступив с ноги на ногу, скрестил руки на груди. — Значит, думаешь, что она сбежала?
— Финк выкинул ее на арену. — Вздохнул коротышка. — Так что, думаю, она приложит все силы, чтобы улизнуть. Ты ведь, знаешь, как она не любит, когда…
— Помню. — Перебил карлика командир стрелков. А еще помню, что она никогда не бросает друзей.
— Мы не друзья. — Буркнул коротышка.
— Так я тебе и поверил, — хмыкнул Аладдин и многозначительно покосился на стоящих у него за спиной вооруженных мужчин. — Может, все-таки, передашь ей привет?
— Что? — Удивленно моргнул коротышка.
— На твоем гребаном ухе гребаный нейрокоммуникатор! — Гаркнул неожиданно растерявший все свое благодушие предводитель стрелков. — Думаю, сейчас она нас и так слышит, но все же… Я хочу, чтобы ты передал ей привет. И сказал, что я по ней соскучился. И очень, очень жду встречи.
— К сожалению, я не смогу этого сделать, Аладдин. — Вздохнул коротышка и, пригладив охватывающую ухо клипсу улыбнулся. — Управляющий контур на ней. А ей не понравилось, что я заговорил с ее подружкой. Так что, она отключилась…
— Вроде бы не врешь… — Прищурился командир наемников. — Или мне, все-таки, прострелить здесь пару ног?
— Не думаю, что ты этого хочешь. — Проворчала Максимус и, прищурив один глаз, выпустил из рта колечко дыма. — Раз, два, три… — поочередно тыча пальцем в каждого из стрелков, он принялась считать.
— Пятнадцать… Многовато, конечно, но сам понимаешь, для моей деточки не предел.
В глубине эллинга послышался треск и приглушенный гул. Пол мастерской ощутимо дрогнул.
— Щука?.. — Глаза командира наемников распахнулись от удивления.
— Ну да… — Улыбнулся коротышка. — А кто же еще… — Так что, если я повторю, что у меня не получится с ней связаться. Может, ты мне все-таки, поверишь, а? — С кряхтением потянувшись, маленький механик с отвращением выплюнул догоревшую до фильтра сигарету и покосился на нервно тискающую полотенце смотрящую то на него, то на окруживших их вооруженных мужчин кухарку. — Не хочу я крови…
— Я слишком хорошо тебя знаю. — Отступив на пару шагов назад, Аладдин зло осклабился. — Ты убийца, Болт. Такой же, как я или Дохлая. Ничем не лучше и не хуже любого в моем отряде. Ты можешь хоть каждый день твердить, что не хочешь лить крови и не хочешь неприятностей, но рано или поздно нарываешься на них сам. Помнишь ее любимое дурацкое присловье? «Драться или трахаться?» — Повинуясь почти незаметному жесту лидера пара наемников, разойдясь в стороны, направили стволы оружия на коротышку.
— Жарковато сегодня. — Задрав голову, карлик, прищурившись, посмотрел на качающуюся под потолком лампу.
— Осень, а все равно, жарко. А ночью холодно. Как думаешь, скоро бури начнутся?
— Ты испытываешь мое терпение. — Прорычал Аладдин. — Ты ведь, знаешь, по-плохому будет больно.
— И все из-за того, что я сказал тебе правду, — покачал головой коротышка и, горестно вздохнув, принялся с усталым видом массировать переносицу. — А ты теряешь хватку, Ал… Готов устроить здесь бойню только из-за того, чтобы показать своим людям, что ты круче меня… Знаешь, — Болт неожиданно улыбнулся. — Мне кажется, они уже запарились от жары. И потому нервничают. А нервный снайпер — хуже не придумаешь. — Испустив очередной вздох, механик, не обращая никакого внимания на вскинувшиеся автоматы и пулеметы, прошествовал в сторону кухонного угла, отодвинул стул и, забравшись на высоковатое для него сиденье, принялся беспечно болтать в воздухе ногами.
— Иногда мне кажется, что ты был прав, командир. Работа есть работа, приказы не обсуждают, а выполняют, и все такое… Но если бы я мог вернуть все назад, то поступил бы точно так же. А еще я думаю, что ты такой злой потому, что до сих пор к ней неравнодушен. И понимаешь, что она права. Сколько тебе лет… Дай-ка посчитаю. Сорок семь?
В глубине ангара снова послышался треск и чьи-то мерные, тяжелые шаги.
— Сорок восемь, — процедил Аладдин и отступил еще на пару шагов. — Хватит, Болт. Останови ее. Живо.
— Сорок восемь, — покачал головой Коротышка. — Даже если я остановлю Щуку… Думаешь, это что-то изменит? Вы на прицеле с того момента, как я ее включил. Ты. Твои ребята. Снайперы на крышах. Гранатометчик, что сидит с ПЗРК в двух кварталах отсюда. И даже твой джет. На площади у складов оставил… Неплохо…
— Откуда ты… — Аладдин нервно сглотнул слюну.
