— Рановато я попытался вырвать твой поганый язык…
Светлая энергия восстановила повреждения на лице Салеса, не оставив ни единого шрама, и тот, словно ни в чем не бывало, подошел к Рагне.
— Ты чего, до сих пор в обиде за нелепый вопрос об изнасиловании?
Наследник Баргум скривился, словно дружной гурьбой в лицо плюнули все злейшие враги. На сей раз, не только кисти, локти тоже обзавелись костяными лезвиями.
— Да ладно, не злись на меня…
Протянув руку, Рагне подождал пока товарищ, мечущийся между желанием порезать языкастого и инстинктом самосохранения, не ответил на рукопожатие.
— Злись на тех, кто тебя изнасиловал.
Милая улыбка превратилась в издевательскую ухмылку, которую едва не разделила пополам вертикальная атака Салеса.
— Ублюдок!!!
***
После получаса неудачных, но по-настоящему отчаянных попыток достать гадливого Варда, почему-то присвоившего титул короля бойни, Салес таки остыл. Нет, он не отпустил обиду и злость, просто противник оказался на голову выше не только в плане роста...
— Добраться до пика Вознесения(9) за несколько дней… Даже с учетом пламени фениксов и потусторонней прочности наших колодцев ты – настоящий монстр, глядишь через пару лет и… хотя нет, тебе никогда меня не победить.
Рагне не скупился на похвалу, но и не оставлял язвительности, которая стимулировала наследника Баргум к развитию. Переместившись на золотую дорогу, проложенную сквозь облака к небесному городу, потомки Казегарат неспешно брели, обмениваясь ‘любезностями’. Салес, когда узнал, что Рагне собирается вновь отлучиться, увязался следом, впрочем, последний не имел ничего против. Силы товарища заметно подросли, что нивелировало необходимость защищать его задницу от несанкционированного проникновения.
— Распухший, ты так и не ответил, зачем мы идем в это вычурное место.
Поиграв мышцами, которым Салес из-за зависти присвоил статус ‘распухшие’ и ‘ужаленные’, Рагне с гордостью заявил:
— Забрать то, что никто не смеет трогать.
Удивленно вскинутая брось не развязала язык Варда, поэтому наследник Баргум перевел взгляд на усиленный барьер вокруг города.
“Думаю, речь идет о твоих чреслах, даже самая отчаявшаяся женщина не прикоснулась бы к ним”
Вслух он, разумеется, ничего не сказал, оставив мнение до лучших времен, когда последствия перестанут быть летальными.
Тем временем Рагне остановился в десятке метров от барьера, и, усилив голос аурой, обратился к священным зверям за стеной:
— МОЖЕТ, ОТКРОЕТЕ?
Глаза Салеса полезли на лоб.
— Ужаленный, когда это вежливостью заразился? Барьер вообще ничего не стоит против того, кто манипулирует аурой бытия, зачем унижаться? Ты… точно Рагне из племени Варда?...
Подозрения в голосе читались столь явно, что королю бойни оставалось лишь объясниться.
— Все течет, все меняется… мы уже не те, что раньше, зачем биться головой о стену, если можно ее обойти?
Салес выкашлял весь воздух из легких, шок столь сильный, что даже отрываемые от туловища ноги показались бы бледной тенью происходящего, обуял наследника Баргум.
Время шло, тянулись секунды, затем минуты, уголки глаз Салеса стабильно продолжали нервно вздрагивать, а вот лицо Рагне становилось все менее и менее приветливым. В конце концов, он схватил воздух перед собой, сделав разрывающее движение, в ту же секунду колоссальный по мощи барьер разошелся по швам. Грузным шагом Рагне прошествовал к вратам, которые на ходу снес ударом головы.
— КУСКИ ЗВЕРИНОГО ДЕРЬМА, Я ЖЕ ПОПРОСИЛ ОТРЫТЬ СРАНЫЕ ВОРОТА!!
Позади, наконец, отмер Салес, готовый плеваться при взгляде на переобувшегося товарища.
“Тупой переросток с холмов! Все течет?! Все меняется?! Зачем биться головой о стену, если можно ее обойти?! Пусть предки разорвут меня на куски, если еще хоть раз поверю этому брехлу!”
Глава 160: Попридержи ненаглядного.
Неспроста Рагне направился в небесный город через центральный вход. Когда он перемещался на Валмис, дал понять ауре бытия, что нужно оказаться возле Элени, а не у буйной головешки. В итоге беспристрастный разум подвел, это могло означать множество вещей, как понимаемых, так и недоступных для осмысления, тем не менее, наиболее очевидной и правдоподобной казалась идея об изменении ауры самой Элени.
“Если действовать необдуманно, могу лишиться невестки. Пернатые наверняка подстраховались и листовой паразит, оплетающий внутренние органы – первое, что приходит на ум. Даже с мастером исцеления спасти того, кому все в брюшной полости превратили в фарш, довольно сложно…”
Обеспокоенность чужой жизнью Рагне не выдал, отбрехавшись от горящей головешки каким-то философским дерьмом. Тем не менее, подтвердить слова не удалось, пташки проигнорировали добрые намерения, пришлось проверить, насколько продвинулась физическая мощь в результате телесного перерождения. Результат превзошел все ожидания, единственный удар головой и прочнейшие двери с сотнями защитных формаций внутри перемяло будто жестянку, по которой хорошенько потоптался титан.
“Теперь я в плане прочности, силы и скорости ничем не уступает сильнейшим телесным практикам третьего порядка…”
