Что сказать? Никакого громадного космопорта на Земле за эти годы не появилось. Не было, на её детской памяти. И сейчас не построили.
Потому как смысла в этом не было. Космопорты были, конечно, но не на Земле. И громадные "доки", и терминалы, и разгрузочные платформы, и гигантские склады со сложнейшим управлением и целыми логистическими центрами. Всего этого добра было более чем достаточно, в пределах Солнечной системы.
Здесь же, на Земле, всё было намного проще, функциональнее и обыденнее. Никаких потрясающих воображение сооружений, а только множество площадок, куда садились челноки, доставлявшие людей из разных концов Солнечной системы, где оставались большие, тяжёлые корабли, которым не было хода на Землю.
Много площадок. Плотный график посадки. Корабль, на котором возвращался отец, где кроме него была вся верхушка космофлота, приземлился немного раньше положенного времени. Люди высыпали, прощаясь, и буднично разошлись. Кого-то встречали. Кто-то отправился к стоянке, где перед полётом оставил свой флайер.
Привычно. Рутинно. Раньше для Ра это тоже было рутинно. Сейчас она впитывала каждый звук и событие. Она, оказывается, забыла, как называются некоторые вещи и действия. Ну, или не забыла, а, как бы сказать?.. Теперь ей нужно было время, чтобы правильно назвать тот или иной предмет.
Отца встречали. Ивэн прилетел вдвоём с очень симпатичной короткостриженной брюнеткой, приятной и смешливой.
- Лейна,- вспомнила Ра.
Присмотрелась к девушке. Она действительно была очень милой. И ей отчаянно нравился Том Блайз. Она ждала его с нетерпением. И теперь у неё в мозгу проскакивали такие картинки... Перси в смущении "отводила глаза" от них. Видеть собственного отца действующим лицом в подобных сценах... Было очень неловко, по меньшей мере...
И в то же время, она не пугалась уже. Попривыкла к этому времени, что разумные сексуализируют некоторых людей. Что же делать? Так, наверное, проявляется симпатия, страсть, любовь. Наверное... Она насмотрелась на такие картинки уже.
И со своим участием тоже. Они проскакивали в мозгу Золотого. Иногда у её парней. Перси поняла, что это нормально. Молодые ребята. Вот и представляют... Они, может быть, и отчёта себе не отдают. А она вот, смотрит. И не обижается ни капли. Жизнь... Тем более, что "ненормальные картинки" она уже тоже видала. И знала разницу...
Лейна мечтала об отце "нормально". Она была, наверное, влюблена. И влюблённость эта приправлялась изрядной долей печали. Том Блайз не отвечал ей так, как она хотела. Он, по её разумению, вообще ей не отвечал... Она сама проявляла инициативу. В первый раз, и потом.
И теперь... Настояла на том, чтобы проводить его. Теперь встречала. Радовалась и печалилась одновременно. Предвкушала, как останется с ним наедине и понимала, что не особо всё это ему нужно. Понимала, что она для него просто милая, но совершенно ненужная, посторонняя, по сути, девушка.
Бедняжка! Перси от души посочувствовала этой Лейне. И поняла, почему пошёл на предательство друга, или того, кого считал другом, Ивэн. Ему нравилась Лейна. Очень. Он сам пытался сблизиться с ней и случайно познакомил её с Блайзом.
Девушка сразу же переключилась на харизматичного красавца, а Ивэн ощутил очередной прилив зависти и злости. Комплекс неполноценности достиг критической массы... Интересно, как понял это Клив Верник? Что этот конкретный человек уже готов предать?
Отец прощался с коллегами, радовался Лейне и Ивэну. Странно как-то радовался. Словно во сне. Будто часть его жива. Что-то там делает, думает, даже испытывает тягу к симпатичной ему красавице, мужчина же... А другая часть... Спит?..
Уникальный этот Клив Верник! Перси отметила про себя, что нужно следить за ним и плотно изучить этого, такого удивительного субъекта. Который, не имея никаких сверх способностей, даёт такую точную оценку людям. Может быть, и событиям тоже?..
Перси только раз наблюдала за отцом. Перед его отлётом. И то, говорил тогда, по большей части, Тухлый, а Томас Блайз только отвечал ему, часто односложно. Сейчас, в гуще событий и в окружении людей стало понятно, что отец будто... Спит? Болен?
Мысль о психическом заболевании была страшной. Перси отбросила её. Быстро. С громадным, стоит признать, облегчением... Его отстранили бы от командования. И преподавать не разрешили бы. А значит, что?
Значит... Мутантский мозг Перси панически быстро сопоставил факты и сделал выводы. Однозначные и неутешительные. Тут всё просто... Точно такой же "мёртвой" была мама. Она оживала только тогда, когда видела её, Перси. Болтала с ней, учила её. Прикасалась к ней. Она не была совсем одна.
Папа был. И застыл в своём горе так, что это, наверное, заметно всем. Перси, когда до неё дошло в каком ужасе и одиночестве жил все эти годы отец, испытала такое страшное сочувствие и боль, что, не размышляя, метнулась к нему, припала в "объятии".... И тут же отскочила. Потому... Что он почувствовал что-то. Побелел весь. Вздрогнул...
