— Ради Бога, не стесняйтесь, — поощрил ее я.
Кэрол Суэйн пошла на кухню и вернулась с бутылкой пива «Сэм Адамс».
— Значит, Патти водила компанию с вашей дочерью? И, вы говорите, больше года?
— Да, — подтвердил я.
Она тряхнула головой:
— Надо же.
— Вас это удивляет?
Кэрол вскинула на меня глаза.
— Конечно. — Она налила себе в бокал пива. — Но моя девочка… молоток, верно?
— Да, — согласился я. — Молоток. Независимая личность.
— Станешь тут независимой с таким отцом, — мрачно проговорила Кэрол. — Прохвостом.
— Он не очень интересуется дочкой?
— Так, появлялся время от времени, часто неожиданно, без предупреждения, но, слава Богу, ненадолго. И то когда Патти была поменьше. — Она глотнула пива. — Хм… это забавно, что она снюхалась с вашей дочерью. И где же они познакомились?
— На летних курсах, — ответил я. — На занятиях по математике.
— На летних курсах? — Кэрол удивленно вскинула брови. — На математике?
— Да.
— Странно. По математике у Патти всегда были хорошие отметки.
— Сид тоже не сильно отставала в математике, — заметил я, — но запустила домашние задания. И не была аттестована.
— Просто не верится. — Она глотнула еще пива. — Вы говорите, они подошли друг к другу?
— Да.
Кэрол задумалась.
— Наверное, так оно и должно быть.
Я не понял, что она имела в виду.
— Мне нравится Патти. Она хорошая девочка.
— Ну, чтобы узнать ее как следует, нужно больше чем год. — Кэрол Суэйн нахмурилась. — Одному Богу известно, сколько я вложила в этого ребенка. И что теперь? Одни неприятности. — Она вздохнула. — Сегодня ко мне на работу приезжала женщина-коп. Кажется, ее фамилия Дженнингз. Сказала, что говорила с вами и что вы последний, кто видел Патти.
— Похоже, что так, — согласился я.
— Патти говорила вам, что собирается свалить? — Кэрол снова приложилась к пиву.
— Нет. Если бы я знал, то сразу бы сообщил в полицию. И вам тоже.
— Она вроде раньше никуда не сбегала. Ну на день, может, на два. Очень странно, что дочка не вышла на работу. Ей почти все было по барабану, но к работе она относилась серьезно. Опаздывала, но всегда приходила и работала как следует, даже если перед этим ночь гуляла по-черному. Вот там, где я работаю, если вы опоздаете, это вычтут из жалованья. И никакие уважительные причины не учитывают. Заболела, не заболела — им все по фигу.
— Когда Патти не пришла ночевать, а потом утром не позвонила, вы что, не встревожились?
— Нет.
— Не могу поверить.
— А вы тревожились, когда вам дочь не звонила?
— А как же. Очень.
— Вот видите, какие мы с вами разные. Но кое-что общее у нас есть, о чем вы даже не догадываетесь.
— Возможно, — сказал я, не очень задумываясь над ее словами. — Ведь наши дочери подруги. А к вам я приехал, потому что подумал: может быть, у вас есть какие-то предположения, что могло случиться с Патти. Ведь то же самое могло случиться и с Сидни.
— Я скажу вам одно. — Она откинулась на спинку кресла. — Патти вполне могла влипнуть в какое-нибудь дерьмо.
У меня похолодело сердце.
— Что это значит?
— А то, что моя девочка всегда была впереди всех. Во что другие подростки впутывались рано или поздно, она всегда впутывалась на год раньше. А ведь я вначале на нее чуть ли не молилась. Во-первых, сделала все, чтобы она родилась. Это был мне подарок от Бога, понимаете? Я не думала, что вообще смогу завести ребенка, но он откликнулся на мои молитвы. — Она замолчала. — А потом я все испортила.
— Как испортили?
— Не надо было мне вообще связываться с этим Роналдом, понимаете?
— Каким Роналдом?
— Ну, с мужем. — Кэрол глотнула пива. — Какой из него отец. — Она посмотрела на меня: — Знаете, как трудно растить ребенка одной?
— Двоим нелегко, — ответил я. — А уж одной и подавно.
— И вдобавок надо было зарабатывать на жизнь и следить за домом. — Кэрол налила себе еще пива и поставила бутылку на край столика. Бутылка опрокинулась, но она молниеносно ее подхватила, не дав вытечь ни капли жидкости. Откинувшись на спинку кресла, Кэрол поймала мой взгляд и усмехнулась, видимо, неправильно его истолковав. — Да, сейчас я уже не та. Но были времена, когда…
— Патти очень на вас похожа, — прервал я ее.
Она кивнула:
— Да. Хотя, должна вам сказать, у девочки есть кое-что и от отца.
— Как вы думаете, где она может сейчас быть?
Кэрол пожала плечами:
— Эта женщина из полиции тоже сильно допытывалась. Но откуда мне знать. Может, встретила парня и сбежала с ним на неделю или больше. А потом надоест, и вернется.
Она поставила бокал с пивом и вгляделась в меня.
— А вы красивый мужчина. Даже с разбитым носом.
Я не знал, что на это ответить, и потому промолчал.
— Вы, наверное, думаете, что я к вам кадрюсь, да? — спросила Кэрол.
— Не знаю, что и думать, — искренне признался я. На меня снова начала накатывать тоска.
Она хмыкнула:
— Нет, поверьте, я не кадрюсь. Просто заметила это, когда удалось в первый раз вас внимательно разглядеть. — Заметив в моем взгляде недоумение, она продолжила: — Я однажды приходила посмотреть на вас туда, где вы работали. Это было лет десять назад. — Я тогда продавал «тойоты». — Вы были там один из самых успешных продавцов, да?
