Бойся света полностью

– Лиф! – зарычал Крэйн, когда выбирался из-под деревяшек.

У моих ног закружился дым, и, прежде чем вампир успел укусить меня, Генри вцепился в него. Он укусил нежить в пах, вампир пронзительно заорал и отпустил меня, а Генри зарычал и дико затряс головой. Несмотря на все попытки сбросить с себя пса, вампир не мог даже дотронуться до Генри и касался воздуха.

Я попятилась назад, и в ту же секунду Крэйн уже прыгнул на вампира, схватил его за голову и рывком свернул ему шею. Крик вампира стих, и он рухнул на землю. Генри возбужденно залаял.

– Я думала, убивать запрещено.

– Чтобы убить вампира, свернутой шеи недостаточно, – ответил Крэйн, и в подтверждение его словам тело моментально захрустело, вправляя позвонки. Генри прыгнул вперед и перекусил вампиру горло. Кровь брызнула во все стороны. Это было просто отвратительно, но я еще ни разу так не гордилась своим малышом.

– Умница, – похвалила я пса, снимая красную повязку с руки вампира и передавая Крэйну, который сунул ее в нагрудный карман, как носовой платок. – Как мы от него избавимся?

Не успела я договорить, как Крэйн уже схватил вампира за ноги, открыл большое окно рядом с кроватью и бесцеремонно вышвырнул наружу.

– Ему понадобится время, чтобы прийти в себя, – удовлетворенно сказал экзорцист, вытирая руки.

– Ладно, с этим разобрались, – произнесла я, последний раз почесав Генри за ухом, а затем побежала в ванную, откинула сиденье унитаза и указала на него: – Такая вода годится? На наполнение ванны времени нет, согласен?

– Абсолютно.

– Что тебе нужно?

– Освятить бачок.

– Так освяти бачок!

– На нас все смотрят. Каждый Примус лично свернет мне шею за такое.

– Есть другие идеи?

Крэйн вздохнул и пробурчал:

– Ладно-ладно, только следи, чтобы никто не проник внутрь. Если процесс будет прерван, вода окажется непригодной. И найди какую-нибудь бутылку или кувшин, чтобы наполнить его этой жижей.

– Будет сделано.

Он опустился на колени перед унитазом, сложил руки, склонил голову и начал зачитывать латинский текст:

– Deus, qui ad salutem humanitatis in hac substantia tua maxima mysteria aedificasti, aquam tuam, benignus exaudi preces nostras, et in hoc elementum, quod multis purgationibus paratum est, potentiam benedictionis tuae infunde.

Я рванула обратно в комнату и обнаружила мини-бар. Распахнув дверцу, я увидела две бутылки сока и уже собиралась вернуться к экзорцисту, но Генри навострил уши и зарычал.

Дверь комнаты распахнулась, и в проеме появился вампир, которого мы минутой ранее выбросили в окно. На этот раз он привел двух друзей.

– Ууу… – протянула я.

– Sit hoc, creatura tua, divinae gratiae instrumentum in mysteriis tuis fiat, – бормотал Крэйн в ванной.

– Грр, – прорычал Генри.

– Тайм-аут? – предложила я, поднимая руки с апельсиновым соком.

– Ты труп, – прошипел вампир.

– Этого я и боялась.

Начался хаос.

Генри прыгнул прямо на горло ближайшему вампиру, пока другой схватил меня и швырнул через всю комнату. Воздух вырвался из моих легких, когда я спиной влетела в кровать, которая сразу развалилась подо мной.

Не успела боль утихнуть, как следующий вампир залез на меня сверху и стал кусать. В мгновение ока ему прилетела в лицо бутылка сока так, что его зубы отпечатались на пластике. Сладкий сок брызнул на меня, и даже когда я оттолкнула одну нежить, другая схватила меня за щиколотку и потянула к себе. Я дико материлась.

Генри отвлекся от вампира в проходе на того, который тащил меня за ногу. Секунда, и он отпустил меня, не забыв при этом швырнуть со всей силы в сторону, а Генри перекусил ему горло. Послышалось бульканье и глухой удар тела о пол. Я вскочила на ноги, но в мгновение ока вампир, который повредил бутылку с соком, схватил меня за воротник и дернул назад с такой силой, что я закашлялась.

– Крэйн! Долго еще? Мне не помешала бы помощь! – крикнула я.

– Ut malignos spiritus abigat et morbos abigat! – крикнул в качестве ответа экзорцист.

Значит, еще не закончил. Я выругалась и попыталась вырваться, но у меня не было ни единого шанса. Быстро, как змея, вампир укусил меня. Новый вид боли, холодной, пронзил мою руку, когда в нее впились зубы. Звезды заплясали перед глазами – настолько было больно.

Как только вампир укусил меня, он замер. Я почувствовала, как зубы пропали.

– Что за… – пробормотал он, затем внезапно оттолкнул от себя, схватился за живот и выплюнул сгусток красной крови.

Я в ужасе таращилась на эту сцену, хватаясь за раненую руку. Вампир бился в конвульсиях, извергая сгусток за сгустком. Два других вампира, чьи глотки медленно восстанавливались, уставились на своего коллегу. Один из них от шока даже не чувствовал, что Генри грызет его руку.

– Что происходит? – наконец спросил вампир, который еще не мог пошевелиться.