- То, что они принесут необходимые предметы, не гарантирует допуска к тренировке, но ни один претендент не будет принят, пока не придёт с этими предметами и ровно пятью сотнями долларов на собственные похороны.
- Это стоит по меньшей мере три сотни долларов, я имею в виду кремацию, сказал Тайлер, - и цены ползут вверх. Каждый, кто умирает с меньшим количеством денег, отправляет свой труп в медицинский класс - для аутопсии.
Эти деньги должны всегда держаться в ботинке адепта, так что если адепта убьют, его смерть не станет бременем для проекта "Разгром".
Вдобавок, претендент должен прийти со следующим:
Две чёрных рубашки.
Двое чёрных брюк.
Глава 14
МОЙ БОСС ПРИНОсит другой лист бумаги к моему столу и кладёт у моего локтя. А я даже больше галстук не надеваю. Мой босс надел свой синий галстук, так что сегодня, наверное, четверг. Дверь в офис шефа теперь всегда закрыта, и мы не обмениваемся более чем парой слов с тех пор, как он нашёл правила бойцовского клуба в копировальном аппарате, и я предположил, что могу выпустить ему кишки при помощи выстрела из дробовика. А я просто в очередной раз прикалывался.
Или, возможно, я мог позвонить ребятам из транспортного управления, в отдел жалоб. Существует крепление переднего сиденья, которое никогда не проходило тест на столкновение, пока не было выпущено в производство.
Если ты знаешь, куда смотреть, то увидишь вокруг зарытых в землю мертвецов.
Доброе утро, говорю я.
Он говорит:
- Доброе утро.
И кладёт у моего локтя другой важный секретный документ только-для-моих-глаз.
Одна пара тяжёлых чёрных ботинок.
Две пары чёрных носок и две пары простого нижнего белья.
Одно плотное чёрное пальто.
Это включает в себя ту одежду, в которой пришёл претендент.
Одно белое полотенце.
Один армейский матрац для койки.
Одна белая пластиковая миска.
На моём столе, с моим боссом, стоящим недалеко, я подбираю оригинальный список и говорю ему - спасибо. Мой босс уходит в свой офис, и я решаю разложить пасьянс на компьютере.
Я иду домой.
Я иду на работу.
Я иду домой, и перед домом на крыльце стоит парень. Парень у двери со второй чёрной рубашкой и штанами в коричневом бумажном мешке, и он захватил оставшиеся три предмета, белое полотенце, армейский матрац, пластиковую миску, всё это на ограде крыльца. Из верхнего окна Тайлер и я смотрим на парня, и Тайлер говорит мне отослать парня назад.
- Он слишком молод, - говорит Тайлер.
Парень на крыльце - это мистер ангелочек, которого я пытался уничтожить в ту ночь, когда Тайлер придумал проект "Разгром". Даже с его двумя синяками под глазами и остриженными накоротко волосами ты видишь его великолепно жёсткий взгляд под всеми складками и шрамами. Одень его в платье и заставь улыбаться выйдет девочка. Мистер ангелочек просто стоит по стойке смирно перед парадной дверью, глядит чётко вперёд в растрескавшуюся дверь, руки прижаты к бокам, чёрные ботинки, чёрная рубашка, чёрные брюки.
- Избавься от него, - говорит мне Тайлер. - Он слишком молод.
Я спрашиваю, а что такое "слишком молод"?
- Это не имеет значения, - говорит Тайлер. - Если претендент молод, мы говорим, что он слишком молод. Если он толст, то слишком толст. Если он стар, то слишком стар.
Худой - слишком худой. Белый - слишком белый. Чёрный - слишком чёрный.
Таким образом буддийские храмы тестировали претендентов на протяжении хренлионов лет, говорит Тайлер. Ты говоришь претендентам уйти, и если его желание так сильно, что он ждёт у входа без еды, и сна, и надежды три дня, тогда и только тогда он может войти и начать тренировки.
Так что я говорю мистеру ангелочку, что он слишком молод, но к обеду он всё ещё стоит там. После обеда я выхожу и бью мистера ангелочка метлой и выпинываю его мешок на улицу. Сверху Тайлер наблюдает, как я заехал палкой от метлы парню в ухо, а парень просто стоит здесь, и тогда я выпинываю его пожитки на землю и ору.
Уходи, ору я. Ты не слышал? Ты слишком молод. У тебя никогда не получится, кричу я. Возвращайся назад и через несколько лет приходи снова. Просто иди. Уходи с моего крыльца.
На следующий день парень всё ещё здесь, и Тайлер выходит, чтобы сказать:
- Мне очень жаль.
Тайлер говорит, что он сожалеет, что он сказал парню о тренировках, но парень на самом деле слишком молод и не может ли он просто уйти.
Хороший полицейский. Плохой полицейский.
Я кричу на несчастного парнишку снова. Затем, шестью часами позже, выходит Тайлер и говорит, что ему жаль, но нет. Парню следует уйти. Тайлер говорит, что собирается позвонить в полицию, если парень не уйдёт.
И парень остаётся.
На третий день другой претендент стоит у парадной двери. Мистер ангелочек по-прежнему здесь, и Тайлер спускается и просто говорит мистеру ангелочку:
- Заходи. Подбери свои шмотки с улицы и заходи.
Новому парню Тайлер говорит, что он сожалеет, но произошла ошибка. Новый парень слишком стар, чтобы тренироваться, и не лучше ли ему уйти?
