Таймер над дверью каюты вспыхнул зеленым — до прыжка было немногим меньше двух часов. Огромный транспорт и конвойные суда уже достигли орбиты Плутона и набирали скорость, чтобы погрузиться в Лимб. Из этой дали Земля выглядела чуть заметной искоркой, Юпитер — искоркой побольше, а Солнце — золотистым пятаком. Край обитаемого мира, рубеж человеческой Ойкумены! Сейчас Вальдесу полагалось бы думать об этом, вспоминать покинутую родину и тосковать о близких, но в голове его бродили другие мысли. Совсем другие! Он отсидел в рубке нужное время, пока «Ахирос» стартовал с Луны и под управлением Водителя пробирался среди конструкций, круживших у земного спутника; он проследил, чтобы «Шива» и «Есицунэ», конвойные корабли, шли параллельными курсами, не удаляясь от транспорта; он закончил вахту, выпил кофе и выслушал Птурса, посетившего за две недели все тверские кабаки и даже разгромившего один из них. Описание этого подвига было представлено в лицах и оказалось очень живописным, но не отвлекло Вальдеса от раздумий. Мысли его затрагивали тонкие материи, которые он прежде с Кро не обсуждал и даже не думал, что это личное, глубокое и тайное потребует когда-то обсуждения. Но, как говорили латиняне, omnia mutanmr — все меняется.
Впрочем, нельзя сказать, чтобы раздумья Вальдеса были тяжкими, скорей наоборот — счастье Занту его радовало, и стоило опустить веки, как он видел ее милое личико и сияющие глаза. Радость, однако, являлась под руку с недоумением; он не мог понять, как одарил Занту той драгоценной ношей, о которой ей мечталось. Физический контакт меж ними был таким невинным! В конце концов, они и правда лишь держались за руки…
Кро, сидевший у стола, напротив койки, где расположился Вальдес, снял со стены голографический снимок. Кусочек пластика, но вся семья Вальдеса, вся его земная жизнь были там — мать и отец, братья и сестры, шурины и племянники. Они улыбались, ветер играл волосами женщин, качались в синем небе пальмы, и краешек солнца медленно-медленно появлялся над их зелеными растрепанными кронами.
Отблеск давних воспоминаний скользнул по лицу Вождя, задержался в морщинах возле губ и растаял скупой улыбкой.
— Все жилые каюты на всех кораблях похожи — кресло, койка, стол и фотография… — пробормотал он. — Когда-то мы так же сидели с твоим прадедом… так недавно, полтора столетия назад, но вот уже нет ни Пола Коркорана, ни того корабля, ни моей Селины… Зато есть Сергей Вальдес, его малышка и их забавная история. — Кро бережно отставил снимок. — Значит, за руки держались… А что она сама говорит?
— Она больше улыбается и прыгает от счастья, — сообщил Вальдес. — Насколько я уловил ее объяснения, яйцеклетки их женщин содержат полный набор хромосом и не нуждаются в гаметах[32] других полов. Переход к зиготе происходит каким-то иным образом, не так, как у нас. С этим я не совсем разобрался… Однажды она сказала: тальде носит плод, тлра и тайос его инициируют. Тальде — женщина, мать, трла — мужчина, тайос — полумужчина, и между ними есть генетические различия — какие, опять же не знаю. Но я понял так, что для инициирования яйцеклетки трла и тайос должны действовать совместно. — Он усмехнулся. — Может, держать будущую тальде за обе руки?
— Это не столь нелепо, как ты полагаешь, — с задумчивым видом промолвил Вождь. — Значит, у них передача генетического материала идет только по женской линии… Забавно, очень забавно! И совершенно ясно, что требования к этому полу очень высоки, а наша малышка, нарушившая строгие законы, сущая преступница! Ну, дай бог, все у нее обойдется… — Он придвинулся к Вальдесу и сжал пальцами правой руки его запястье. — Сейчас мы проделаем один эксперимент. Закрой глаза, Сергей, постарайся расслабиться и следуй за мною, иди с полным доверием, испытывая приязнь и дружеские чувства. Иди без колебаний и страха, как если бы тебя вели отец и мать. Думаю, у нас с тобой получится.
