Это было Вальдесу понятно: ориентация у Занту была, конечно, неправильной — ведь она дарила свою благосклонность человеку. Жаль, что ничем другим она не могла его порадовать.
Гхиайра пустился в объяснения:
— Вы, гуманоиды, обладаете одним диплоидным набором половых хромосом, и принадлежность к тому или иному полу закладывается у вас на очень ранней стадии, еще в материнской утробе. Наш генный аппарат сложнее — два набора хромосом, способных к взаимному переходу, что предопределяет большее разнообразие полов. Диплоидный набор — обозначу его хромосомы как XY и TV — окончательно формируется к возрасту зрелости, примерно к тридцати годам, а до этого наша молодежь беспола и стерильна. Есть, однако, способы определить будущую предпочтительную ориентацию и направить развитие юного существа в должное русло. Это делается с помощью особых препаратов и лучевой терапии, а также… хмм…
— Подрообности не интереесны, — заметил Птайон. — Ваажно, что мы умеем упраавлять муутациями.
— И получаем в результате женщин, мужчин и две промежуточные формы, — подхватил Гхиайра. — Я, например, мужчина — не совсем в том понимании, который вкладывают в этот термин гуманоиды, но в примерном смысле я…
Птайон что-то произнес на языке лоона эо, но так быстро, что сказанное осталось непонятным. Гхиайра смолк. Вальдес посмотрел на него и перевел взгляд на Птайона.
— Ты мужчина. А он?
— Промежуточный вид. Я затрудняюсь перевести название.
— Полумуужчина, — подсказал Птайон. — А друугую промежуточную фоорму моожно назвать полуженщиной.
— Пусть так. Женщины приносят потомство, мужчины и полумужчины инициируют этот процесс, а полуженщины бесплодны, хотя в период зрелости могут испытывать… ээ… как это называется у гуманоидов…
— Оргаазм, — снова вмешался Птайон. — Сексуаальные перееживания. Сиильное эротиическое чуувство. Веернее, его анаалог, с учетом нашей физииологии.
Вальдес поглядел на лоона эо в зеленом, потом на его сиреневого соплеменника. Пожалуй, они не лгали, но речь их была полна умолчаний и недомолвок. Им явно не хотелось посвящать его в детали, и он их понимал: самое уязвимое место расы — ее воспроизводство.
— Благодарю за вашу откровенность. — Вальдес пошевелился, стараясь поудобнее устроиться в узком креслице. — Рассказанное вами имеет отношение к Занту?
— Несомнеенно, — произнес Птайон. — Даа, несомнеенно.
— В генетическом плане она должна была стать полуженщиной, — пояснил Гхиайра. — В юности ей был рекомендован нужный способ действий.
Вальдес молчал, и тогда они, придя в возбуждение, заговорили, перебивая друг друга:
— Она не стаала приниимать необхоодимых препааратов…
— Это никем не контролируется. А когда выяснилась истина…
— …процеесс зашел слишком даалеко…
— …и стал необратимым. Это серьезное отступление от…
— …нааших обычаев и ноорм. Слуучается только с полужеешцинами.
— Такое наказывают изгнанием. На весь репродуктивный период, на сорок лет по вашему счету времени.
— Накаазывают, чтобы лишиить того, к чему она стреемилась…
— Это справедливо. Она дорога нам, но мы признаем…
— …да, приизнаем…
— …справедливость этого решения. Мы…
— Стоп, — сказал Вальдес, и они умолкли. — Я правильно вас понял? Занту полагалось стать полуженщиной, но она не выполнила нужных процедур. Теперь она женщина, и за это ее изгнали на сорок лет. Так?
— Так, — с мрачным видом подтвердил Гхиайра.
Пятна на его висках потемнели. Такого Вальдес у Занту не замечал — видимо, эта реакция была связана с возрастом или сильным потрясением. Птайон казался более спокойным.
— Теперь она женщина, — медленно повторил Вальдес. — Но в чем причина? Отчего у нее возникло такое желание? Такое сильное, что она не побоялась стать изгоем?
— Как я упомянул, полуженщины бесплодны, а ей хотелось выносить и принести потомство, — произнес Гхиайра. — Она хотела стать тальде.
— Матерью, — уточнил Вальдес. Все внезапно встало на свои места, за исключением одной проблемы. Он поднял взгляд на Гхиайру, лучше владевшего земным языком, и спросил: — Если она захотела стать женщиной и матерью, почему бы ей это не разрешить? Какое в этом преступление?
— Он не пониимает, — пропел Птайон.
— Не понимает, — эхом откликнулся Гхиайра. — Мы древняя раса, Сергей Вальдес с Земли, и мы тщательно контролируем свою эволюцию, дабы не исчезнуть с лица Вселенной. Полуженщина, ставшая женщиной, иногда приносит дефектное потомство. Это недопустимо. Поэтому Занту отправили в изгнание на весь репродуктивный период. Она не встретит трла и тайос и не станет… как ты сказал?… да, матерью. Потом она вернется к нам в Анат и проживет долгую жизнь, но время будет упущено. После семидесяти наши женщины не дают потомства.
— Жестоко, — сказал Вальдес, поразмыслив. — Жестоко, но вам виднее, как сохранять свой генофонд. Когда мы отбили крепость за Шестой факторией, выяснилось, что в давние годы у дроми был пленник лоона эо, отключивший искусственный разум станции. Не знаю, как его поймали — его или, скорее, ее, — но думаю, она тоже была изгнанницей. Женщиной, преступившей ваш закон.
