Они сидели в кают-компании «Ланселота», а сам их корабль, как и прежде, ютился в трюме огромного транспорта. «Ахирос» шел в Солнечную систему. Путь был долог и опасен, и потому торговое судно сопровождалось эскортом из Конвоя Сайкса. Предполагалось, что транспорт посетит Плутон, а затем остановится на Лунной базе ОКС, вблизи которой, спрятанные в грунт и скалы, размещались инопланетные посольства. Пока их было немного, ровно два: крохотная миссия кни'лина и сервы-дипломаты, представлявшие соплеменников Занту.
Сервов, не в пример кни'лина, было сотни три и еще столько же в вербовочном пункте на Плутоне. Часть из них, первым делом те, кто контактировал с людьми, являлись высокоинтеллектуальными биокиберами, выполненными по человеческим стандартам: в глазах — зрачки, на голове — волосы, и общая конфигурация не столь субтильная, как у лоона эо. Они могли бы сойти за живых созданий — ели и пили, носили одежду, общались на земной лингве и свято блюли дипломатический пиетет. Если не просветить их интравизором, трудно догадаться, что перед тобой не люди — особенно на банкете, где сервы любезно улыбались, провозглашали тосты и исправно поглощали устриц и шампанское. Однако имелись у этих существ, долговечных, прочных и вполне разумных, свои тайные слабости — например, необходимость контактировать с Хозяевами хотя бы раз в десятилетие. В противном случае они засыпали или, вернее, отключались на неопределенный срок. Несомненно, это было предохранительным механизмом, встроенным лоона эо в своих верных служителей, дабы те не проявляли слишком большой самостоятельности.
По указанной причине вербовщиков и штат посольства регулярно заменяли, и это с течением лет стало нормой дипломатического протокола. Замена поддерживала иллюзию того, что сервы никакие не биороботы, а живые твари, рожденные на свет естественным путем и, значит, нуждавшиеся в возвращении к родным пенатам, то есть на фабрики-инкубаторы Розовой Зоны. Туда их должен был доставить «Ахирос», а в его просторном трюме дремала в контейнерах смена, шестьсот двадцать две единицы, начиная с Первого Посланника и кончая примитивными разнорабочими.
Птурс потыкал в кнопки кухонного агрегата, тот жалобно зазвенел, но не выдал ничего, ни блюдца с чашкой, ни подноса со стаканами. Птурс двинул его кулаком, и тут же раздался тонкий голос «Ланселота»:
— Этот заказ не может быть выполнен. Горячительных напитков нет в меню.
— А если синтезировать?
— Не предусмотрено, Защитник.
Тяжело вздохнув, Птурс снова взял чая и уселся к столу.
— Ты уж извиняй, капитан, но я не согласен. Жаль, конечно, бедную малышку, но тридцать два года в таких условиях… Летай туда, летай сюда, и месяцами ни капли! Опять же время изрядное, что бы Вождь ни говорил… Сейчас я мужчина в расцвете лет, а в восемьдесят кто на меня позарится? У нас в Твери даже потаскух не сыщешь, придется мотаться в Москву, а там, говорят, вместо нормальных баб сплошные клоны. Никакого удовольствия в старости!
— Я тебя не уговариваю, ни тебя, ни Кро, — вымолвил Вальдес. — Я вас проинформировал о предлагаемом контракте, только и всего.
— А сам что думаешь?
Чего там думать!.. — простонал Вальдес, но, разумеется, мысленно. Шел пятый день полета, и все пять дней они обсуждали встречу с Гхиайрой и Птайоном. Кро выспрашивал подробности, что разглядел в астроиде Анат и что было сказано о генетике лоона эо и прочих занимательных вещах; Птурс на этот счет не любопытствовал, а лишь вздыхал и ворчал, пытаясь свести баланс прибылей и убытков. Сходилось плохо, даже с обещанными чудесами хозяйской медицины; как ни крути, а через тридцать лет прежние годы не вернешь, молодость не купишь. Правда, у Кро эта проблема не стояла: для тысячелетнего создания срок был просто пустяковый. Но он ничем себя не выдал и обсуждал ситуацию как настоящий человек.
— Я полагаю, — сказал Вальдес, — что мы могли бы полетать года три или четыре.
— Или больше, — добавил Вождь. — Разумный срок — восемь лет.
— А если наниматели не согласятся? Контракт, знаешь ли, есть контракт!
— В контракте можно проставлять любые цифры, если помнить о примечании шесть-дробь-девять-«а». Там сказано, что боевые офицеры по-прежнему являются резервистами ОКС и, в случае необходимости, могут быть отозваны на службу, что ведет к автоматическому аннулированию контрактов с лоона эо. — Светлая Вода многозначительно поднял палец. — Хоть мы и числимся в бойцах Данвейта, мы Хозяевам не проданы, а сданы в аренду. На оговоренный контрактом срок или до чрезвычайных обстоятельств.
— Это каких же?
— Ну, мало ли… Любой крупный межзвездный конфликт дает ОКС право отзыва.
«Старый хитрец!» — подумал Вальдес. Вероятно, Кро мог не только управлять своим метаболизмом и пластичным телом, но и в других аспектах отличался от человека. Скажем, ничего не забывал и обладал способностью исхитриться и найти лучший выход в любых обстоятельствах. Что не удивляло, если вспомнить о его тысячелетнем опыте.
— Поседеешь, дожидаясь такого конфликта, — буркнул Птурс и вылил в утилизатор вторую чашку.
