— А как ты собирался сделать это незаметным? — ответил я вопросом на вопрос. — Не дышать?
Шпала смутился. Видимо, понял, что в его планах на вечер было слишком много неучтенных пробелов.
Между тем милиционер, снова везший нас за рулем, как ни странно, не проявлял к нам такого отношения, какое обычно бывает к уже надоевшим хулиганам, задержанным в стотысячный раз. Его напарник остался возле клуба — видимо, во избежание эксцессов на месте. Ну а наш знакомый, кажется, решил провести с нами воспитательную работу.
— Короче, слушайте сюда внимательно, — деловито заговорил он, ловко ведя машину по витиеватой дороге. — Я все прекрасно понимаю и травить вас тут не собираюсь. Но и забрал я вас сейчас оттуда не просто так.
— Так мы же вроде не… — начал было Шпала, но я снова пнул его в бок, и он замолчал.
— Во-первых, — продолжал милиционер, — если вы не планируете соблюдать местных обычаев, то нечего шляться по местным клубам и вообще по любым общественным местам. Ну честное слово, как маленькие! Вы бы еще в гости к кому-нибудь пришли и наплевали на стол за обедом!
— Ну мы же не знали, — жалобно пискнул Шпала.
— Чего? — милиционер от удивления едва не выпустил руль из рук. — Это ты-то не знал? Слушай, я не нянька и не воспитатель тебе, конечно, но совесть-то надо иметь! Конкретно тебя, точнее, в том числе и тебя я предупреждал сам, лично! Потом еще просил повторить Григория Семеновича вашего — попозже, когда вы все соберетесь. Тренер ваш, насколько я понял, мужик серьезный и обязательный, не сомневаюсь, что он вам все, что надо, рассказал. А может, даже и не по одному разу. И я уже не знаю, насколько нерабочие уши надо иметь, чтобы даже после этого говорить, что вас не предупреждали. Или не уши у тебя нерабочие, а что-то еще? А? — милиционер глянул на Шпалу в зеркало над лобовым стеклом.
Шпала отвернулся и снова промолчал — попытка отмазаться не прошла. Я уж не стал подливать масла в огонь и добавлять, что третье серьезное предупреждение было от меня — перед самым походом в клуб. На Шпалу и без того сейчас было жалко смотреть — он был похож на человека, поставившего на карту все и за одну секунду все проигравшего.
— Ну теперь-то мы все поняли, — примирительно сказал я. — Вы же видели, что мы уже помирились, что никаких конфликтов больше нет…
— А я вот, знаешь ли, не очень в это верю, — откликнулся милиционер, делая очередной крутой поворот рулём.
— Почему? — притворно удивился я. — Мы же не бандиты какие-нибудь, которые враждуют между собой всю жизнь.
— Потому что я давно на службе и слишком много таких историй видел, — объяснил милиционер. — Вот так «помирились», «конфликт исчерпан» — а ночью выезжай на происшествие! И хорошо ещё, если просто один на один, а то ведь и до массовых драк иной раз доходило, причем с порчей имущества! — мент многозначительно поднял палец вверх. — А мне, знаете, происшествия на участке не нужны. Я сюда поставлен, чтобы их, наоборот, не было. А лучший способ снизить уровень преступности — это предотвращать неприятности, а не разгребать потом их последствия.
В принципе, наш милиционер говорил все правильно, и поспорить с ним было трудно. Я попытался поставить себя на его место — и с ходу даже не смог сообразить, как бы я держал в кулаке весь участок. Да ещё и с таким сложным контингентом. Только нам-то что было теперь делать? Нужно было срочно придумать какой-нибудь способ вернуться на базу, иначе последствия могли быть намного хуже любой массовой драки.
— Скажите, — заговорил я. — А нас обязательно прямо в отделение везти?
— А куда же вас? — хмыкнул водитель. — В санаторий, что ли?
— Ну… — я сделал извиняющимся вид. — Может быть, можно нас высадить на нашей спортбазе? Без заезда к вам? У нас там дисциплина строгая, ничего лишнего мы себе позволить не сможем…
— Ага, — кивнул милиционер, — я и вижу, какая у вас там строгая дисциплина. Всего-то навсего сбежали на танцы и драку чуть не устроили. Мы приехали, помешали, иначе неизвестно, чем бы все закончилось. А так — да, все тихо и хорошо.
— Ну это же случайно так получилось, — сказал я самую глупую фразу, которая только может быть в таких случаях. — Вы же понимаете, что мы здесь находимся по делу, что у нас тренировки, жёсткий график… И что тренер нас за такие приключения по головкам не погладит, мягко говоря.
— А вот об этом, молодые люди, надо было как-то пораньше думать, — заметил милиционер. — Да и потом, как раз тренер-то за вами и не приедет. Ну или, во всяком случае, не сейчас — это точно. Он на юбилее очень уважаемого человека — тренера по борьбе, и ему в данный момент точно не до вас. И срочным образом я ему сообщать тоже ничего не буду — пусть отдохнет человек от своих хулиганов в кои-то веки.
Вот тебе раз. Значит, нас пока ещё на базе и не хватились, раз Григория Семёновича там нет!
— Так тем более, — подхватил я с надеждой, — может быть, вы завезете нас на базу, и мы замнем эту ситуацию, как досадное недоразумение?
