Ему потребовалось всего несколько мгновений, чтобы выйти из своего широко раскрытого шока, увидев меня здесь. Он встал и отбросил нож, чтобы коротышка не смог до него дотянуться, хотя в этом не было необходимости, так как он временно ослеп и с каждой секундой паниковал все больше.
— Ты заплатишь за это, — прошипел Хейден и повалил его на землю. Он оседлал его и нанес удар за ударом по его лицу, пока оно не стало неузнаваемым.
— Хейден, остановись! — Я сжала кулаки, надеясь, что он придет в себя, но он был совершенно потерян, и это было ужасно. — Он больше ничего не может сделать! Хватит!
Я отчаянно посмотрела на Мейсена, который обменивался быстрыми ударами с высоким парнем. Наконец, он одержал верх, когда его хук отправил парня на землю. Он встал над ним, тяжело дыша, и добил его ударом ноги в голову.
— Сделай себе одолжение и не пытайся встать, если не хочешь, чтобы я отправил тебя в кому, — самодовольно сказал ему Мейсен и вытер кровь с губы.
Он обернулся и посмотрел на меня, открыв рот, чтобы что-то сказать, но затем его взгляд упал на Хейдена, который не мог перестать избивать невысокого парня. Звуки ударов, хруста костей и мольбы сделали меня больной.
— С ним покончено, братан, — крикнул он Хейдену, но Хейден даже не послушал, управляемый свирепой жестокостью. — Эй, мужик! Можешь остановиться. — Он добежал до Хейдена и схватил его сзади, потянув на ноги и подальше от неподвижного тела на земле.
Меня охватило огромное облегчение. Я все это время сильно тряслась, и мне казалось, что мои ноги могут предать меня в любую секунду. Я посмотрела на этих двоих на земле и почувствовала боль в груди. Я бросилась в эту передрягу, даже не зная, во что вляпаюсь. Я не думала о последствиях, следуя своему инстинкту защищать Хейдена.
— Сарс, ты действительно спасительница. Напомни мне сделать тебя особенным мемом, — пошутил Мейсен и подмигнул мне, снова используя это ужасное прозвище, но впервые в нем не было насмешки. Его глаза сияли уважением, когда он смотрел на перцовый баллончик в моей руке. — Кто бы мог подумать, что ты сделаешь что-то подобное? Перцовый баллончик! Ты полна сюрпризов. И говоря о сюрпризах, что ты здесь делаешь?
Я едва могла сосредоточиться на его словах, мой пульс участился под взглядом Хейдена. Он не сводил с меня глаз, вытирая кровь с подбородка тыльной стороной ладони, вены на его шее были видны.
— Как ты могла быть такой глупой?! — Зарычал на меня Хейден, сокращая расстояние между нами в несколько быстрых шагов и останавливаясь всего в нескольких дюймах от меня.
Он опасно навис надо мной, глядя на меня сверху вниз, его дыхание было затруднено. Было больно видеть его окровавленное лицо, и я чувствовала жгучую потребность избавить его от боли. Впервые за долгое время он стоял так близко ко мне, и, несмотря на его ярость, мое тело гудело от постоянно присутствующих контрастных эмоций — страха, печали и опьяняющего предвкушения.
— Зачем ты вмешалась? — Он выхватил перцовый баллончик из моей руки и сердито посмотрел на него. — Ты издеваешься? Ты влезла в нечто опасное, что даже не твое дело, имея при себе всего лишь перцовый баллончик? Видишь это?! — Он указал на нож, лежавший на земле в паре футов от нас. Он бросил перцовый баллончик мне в грудь, и я едва успела его поймать. — Он мог бы перерезать тебе горло за секунду, а этот парень даже не подумал бы дважды!
Я сгорбилась, отступая от него на шаг. Мне было больно слышать это от него после того, что я только что сделала для него. Мне не нужна была его благодарность, но я не заслуживала такого неуважения. Его гнев причинял мне боль, так легко снова утопив меня в страданиях и неуверенности в себе.
— Ты заходишь слишком далеко, братан. Ее перцовый баллончик сработал, так что это не проблема. — Мейсен попытался его урезонить, но Хейден даже не взглянул на него, снова сократив расстояние между нами.
— Не пытайся снова играть роль спасателя. Ты не спасатель, черт возьми, и ты определенно не мой спаситель. Принять нож за меня той ночью было невероятно глупо и более чем достаточно. Я могу справиться со своим дерьмом сам. Если ты пыталась втереться ко мне в доверие, можешь забыть об этом.
Его темные глаза не отрывались от моих, пока давление нарастало во мне, прожигая себе путь. Это было невероятно. Я хотела сказать ему так много вещей. Я хотела сказать ему, что он неправ, и убедить его, что у меня добрые намерения. Я хотела, чтобы он понял, что я хочу только его счастья и безопасности. Но это не имело значения, потому что все, что я сейчас скажу в свою защиту, только сделает меня еще более виноватой в его глазах, и было больно осознавать это. Он не доверял мне, и я ничего, абсолютно ничего не могла с этим поделать. Как человек с пограничным расстройством личности, он испытывал сильную боль и горе, и то, что я сделала два месяца назад, было для него предательством, что усилило его сомнения и неуверенность.
После этого он уже не мог так легко мне доверять.
