— Два месяца назад я приняла решение спасти его, это была не его вина! — Я не знала, почему я чувствовала необходимость защитить Хейдена, но я должна была это сказать. — Он рисковал своей жизнью той ночью, и я просто сделала то, что считала правильным. Так же, как и сейчас. Я не думала о себе.
— Тогда ты очень глупая, — сказал он себе под нос, не отрывая взгляда от дороги, и тяжелое разочарование застряло в моей груди.
Я оглянулась на темную дорогу передо мной, боль быстро наполняла меня. Конечно, он не мог меня понять. Матео презирал Хейдена. Он завидовал ему и не хотел, чтобы я имела с ним что-либо общее.
— Мне жаль, — прошептала я. — Я…
— Не говори, что тебе жаль, когда тебе не жаль. — Он провел рукой по своим кудрям, его глаза были затенены гневом. — Слушай, я не хочу сейчас об этом говорить. Я зол, и я не хочу говорить то, о чем потом пожалею. Хорошо?
Я сжала губы, глядя в темноту впереди.
— Хорошо.
Мы провели остаток поездки в тишине, и когда он высадил меня у моего дома, впервые с тех пор, как мы начали встречаться, он не поцеловал меня на прощание. Он просто пробормотал «Увидимся», прежде чем умчаться, не удостоив меня ни единым взглядом.
Я смотрела на стихи, написанные красным, которые Хейден хранил на стенах своей комнаты.
Это было странно. Этого стихотворения здесь раньше не было…
— Их написал Хейдс, — сказал мне Кай, остановившись рядом со мной.
— Что они означают?
Он пожал плечами.
— Он никогда не рассказывал.
— Разве вы не должны были делиться всем друг с другом, как близнецы?
— Вопреки распространенному мнению, близнецы не всегда знают все друг о друге. И ты знаешь, у нас не очень хорошие отношения. Хейдс никому не позволяет ломать стены, которые он возвел вокруг себя, хотя и теряется внутри них.
— Почему он теряется?
— Я не знаю. Я пытался понять, но я не такой, как он. Я хотел бы помочь ему, но помочь себе может только он сам.
— Как?
— Ты мне скажи, Сара.
Я вздрогнула, удивленная его неожиданными словами. Теперь Кайден смотрел на меня серьезно. Слишком серьезно.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты понимаешь, какая ты жалкая? Ты ходишь кругами, постоянно думая о Хейдене, когда ты была той, кто установил границу между вами двумя. — Он звучал зловеще, и мне не понравилось, как он на меня посмотрел. Кайден никогда так со мной не разговаривал.
— Кай, что случилось?
— Ты не права! — Взорвался он, и у меня все внутри перевернулось. Он выглядел разочарованным во мне. — Ты оттолкнула Хейдена и бросилась во что-то, что только навредит всем.
— О чем ты говоришь?
— Ты знаешь, о чем я говорю. Не прикидывайся дурочкой. С тех пор, как ты начала встречаться с Матео, ты знала, что это совершенно неправильно. Как ты можешь быть с ним, если не любишь его?
— Н-но я буду любить его! — Почему это прозвучало так, как будто это сказал ребенок? — Я уверена, что полюблю его…
— Перестань лгать себе, — раздался новый голос. Я резко повернула голову и увидела Хейдена. Шрам, пересекавший его висок, был зловеще-красным. Вина бурлила в моем животе, растворяясь в опасении, когда он вошел в свою комнату и указал на слово «Фальшивка» на стене. — Ты лжешь себе, ты лжешь своему парню, и ты лжешь мне.
— Нет. Это не…
— Ты думаешь, это справедливо по отношению к Матео? — Спросил Кайден. — Он знает, что ты продолжаешь думать о Хейдсе? Он знает, что ты надеешься, что все может быть по-другому?
— Нет! Я не…
Хейден указал на меня.
— Знаешь, что такое фальшь? Ты фальшь. Ты с ним, но продолжаешь думать обо мне. Ты любишь меня, но ты слишком легко оттолкнула меня. Ты разбила мне сердце. Ты сломала меня. Ты лицемерка. Фальшивка. Фальшивка. Фальшивка. Фальшивка.
— Фальшивка, — присоединился к нему Кайден. Они оба уставились на меня, стоя рядом друг с другом, и я начала задыхаться, слезы затопили мое лицо. Они не переставали повторять это слово, и по моей голове разлилось покалывание…
— Нет. — Я отступила от них.
— Неважно, что я люблю тебя…, — начал напевать Хейден, — Потому что после всего, что ты сделала… Твоя любовь звучит фальшиво.
— Нет!
