Эта повесть рассказывает о юном герое казахского народа Болатбеке Омарове. Он был пионером одного из первых в Казахстане отрядов юных ленинцев. Болатбек боролся за новую жизнь, за Советскую власть. И погиб от руки врагов. Погиб как герой.Для детей среднего школьного возраста.
Лет двадцать назад автор этой книги нашел в архиве музея пожелтевшую от времени фотографию. Это был портрет мальчика. На обороте — надпись: «Пионер-герой Болатбек Омаров».
Кто он такой? Что совершил?
Автор отнес свою находку в редакцию газеты с Казахстан пионери».
Фотографию напечатали и обратились с просьбой к пионерам-читателям: «Собирайте сведения о юном батыре Болатбеке! Разыщите его друзей и родных».
Многие ребята Казахстана приняли участие в поиске. В том числе пионеры со станции Чокпар, из поселка имени Джамбула под Каскеленом, неподалеку от которого в 1922 году родился Болатбек Омаров.
По крупицам собирались сведения о Болатбеке, о его недолгой, но яркой и смелой жизни.
Так красные следопыты помогли написать книгу о юном пионере-герое.
— Стой!
От неожиданности Болатбек вздрогнул.
Напротив него у ствола большого тополя стоял незнакомый человек. Он был в рваном чапане[1], туго перетянутом широким ремнем, старая войлочная шляпа низко нахлобучена на лоб, сапоги сбиты и поцарапаны. Недобрые, настороженные глаза пристально вглядывались в Болатбека.
Мальчику стало не по себе. Какое злое, какое противное лицо!.. Откуда здесь этот человек?..
— Стой и не двигайся! — приказал незнакомец и сунул правую руку за пазуху. — Попробуешь бежать, убью!
Болатбек стоял ни жив ни мертв. Но потом все-таки осмелился:
— Вы кто? — спросил он дрожащим голосом. — Откуда вы, ага? [2]
— Не тебе меня выспрашивать. Забыл законы предков, щенок?
Мужчина выдернул руку из-за пазухи. В руке блеснул револьвер.
Не в первый раз приходилось Болатбеку видеть
=== текст мутен, бумажный оригинал утерян ===
на пули, но никогда еще в жизни из этого оружия не целились прямо в него.
«Стрельнет?» — промелькнуло в голове. — Где же дедушка… Крикнуть?.. Позвать?»
— Ты один здесь? — незнакомец кивнул в сторону зарослей, зеленевших в отдалении, у реки. — Там никого нет?.. Отвечай!
— Нет. Я один.
— А что ты тут делаешь?
— За конями пошел — искать. Отбились…
— Не врешь? Смотри у меня… За одно слово лжи поплатишься кровью.
Мужчина
=== текст мутен, бумажный оригинал утерян ===
— Не бойся, не трону, — сказал он уже более мирно. — Пошли.
— Куда?
— Коней твоих поищем.
Не понравился он Болатбеку. Не нужен ему такой человек, который оружием грозит. И без него найдем буланого с жеребенком, любимцев своих. Да и не могли они далеко уйти. Буланый ведь умный конь, от табуна не отобъётся… Просто на месте Болатбеку не сиделось, вот и пошел искать.
Мальчик стоял неподвижно, молча смотрел на незнакомца.
— Чего уставился? — сказал тот. — Идем за конями…
Накалившееся за день солнце клонилось к западу. Вокруг стояла тишина. Жаркая тишина. Возле зарослей поблескивала речка Каскеленка под косыми солнечными лучами. Бесшумно кружился беркут, почти касался крыльями прибрежных кустов — и опять взмывал вверх, в белесое от жары небо.
«Нет, не пойду с ним, — решил Болатбек. — Пусть хоть не знаю что, все равно не пойду…»
— Я устал, — сказал он.
— Не разговаривай, баранья голова! Идем…
Болатбек медленно и неохотно двинулся вперед.
Но это так, только для виду, шел он медленно, на самом деле ему хотелось мчаться быстрее, чем буланый, — туда, туда, в спасительные заросли… Он решил удрать от этого человека, удрать во что бы то ни стало, и теперь, нарочно не ускоряя шаг, чтобы тот чего-нибудь не заподозрил, подходил все ближе к кустам.
«Бандит он, наверное, — думал Болатбек. — Нехороший человек, сразу видно: злой, хмурый, «с бровей снег идет…».
Они шли совсем недолго, но каким длинным казался этот путь Болатбеку.
Внезапно мужчина остановился.
— Погоди, — сказал он. — Не беги, как джейран… Ты чей?
— Я сын Омара. А вы кто?
— Опять вперед старших забегаешь! Ох, времена пошли, шайтан их возьми!.. Твоего деда Абишбай зовут?
— Да.
— Это его юрта на четыре крыла вон в той стороне?
— Да, мы там живем.
— А еще кто поблизости?
Дядя Тлеукул. Только он на другом берегу.
— Это какой Тлеукул? Который на одной ноге прыгает, а все хорохорится?.. Прошлое свое вспоминает. Не успокоится никак.
— Тлеукул хороший человек. Зачем вы так?
— Все они хорошие. Рвань паршивая!
Невольно Болатбек взглянул на изодранный чапан и искривленные сапоги незнакомца. «Да кто же он такой? Всех ругает, на всех зол… Похож на последнего нищего, а разговаривает как самый главный…»
— Зачем вы так говорите, ага? — сказал Болатбек. — Не надо…
— Ты еще меня учить станешь, щенок?.. — прикрикнул мужчина. — Смотри, плохо будет. Прирежу, как барана… Видишь? — Он нагнулся, вытащил из-за голенища большой нож с черной рукояткой. — Не посмотрю, что ты молод еще…
Болатбек не мог отвести глаз от блестящего страшного лезвия.
— Вы… Ты меня хочешь убить?
— Убью, если…
— Значит, ты настоящий бандит?
— Уа[3], что ты сказал? Окаянный безбожник! Как посмел честного мергена [4] назвать бандитом?! Сын собаки! И отец твой был собакой!..
Откуда только взялась смелость у Болатбека? Ведь знал же он, что силы неравны… Может, потому, что оскорбили весь род, всю семью его — всех братьев и сестер, и мать покойную, и отца?.. Поносить родителей всегда считалось смертельной обидой.
