Это все, что ей было нужно. Она быстро разделась и улеглась на соседней кровати. Малко погасил свет, но никак не мог заснуть. К тому же вскоре женщина стала похрапывать. Через некоторое время он встал, оделся и вышел. Час десять. Ему требовалось алиби на случай, если Майя проснется. Он поднялся на девятнадцатый этаж. В казино было еще много народу. Крупье, который свел его с Кошкиной, подмигнул:
— Ну как, вечер был удачный?
— Замечательный. Но я попытаюсь вернуть проигранные двести долларов.
Вместо этого он проиграл еще сотню. Но администрация казино компенсировала этот проигрыш рюмкой водки с тоником. Пораженный этой щедростью, Малко покинул зал. Он позвонил по телефону-автомату в номер Алоиса. Никто не берет трубку. Но это еще не означает, что там нет засады. На лифте он доехал до седьмого этажа, потом поднялся по лестнице на один этаж. Приблизившись к номеру Картнера, он прислушался, потом вставил отмычку в замочную скважину. Дверь легко открылась. В руке он держал пистолет, не желая повторять судьбу Курта Морелла. В комнате было темно. Он закрыл дверь и зажег свет. Вид такой же, что и в квартире Курта. Ящики выдвинуты, одежда валяется на полу, коробки из-под виски растоптаны. И здесь искали паспорт. Он сел на кровать. Нашел ли его Эмиль Боровой?
Они могут держать Алоиса несколько дней, подвергать его пыткам и заставить признаться. Но если паспорт не обнаружен, он должен быть здесь. Где? Нужно поискать. А прежде ответить на вопрос: почему его не нашли?
Малко не стал пересматривать места, где уже явно искали. Он вошел в ванную. Здесь тоже все было разбито и опрокинуто. Малко вернулся в комнату, осмотрел ковер, плафон, вентиляционные отверстия, внешнюю сторону окон, подушки. В гостиничном номере немного тайников. Через полчаса он сел. Ничего не поделаешь! Он уже собирался уходить, как вдруг вспомнил об одной вещи, которая привлекла его внимание в ванной комнате.
Он вернулся туда. На полочке среди зубных щеток, лосьонов, кремов лежала коробка с пастой для бритья. Малко вспомнил, что в первый день, когда они познакомились, Алоис Картнер встретил его с электробритвой в руке. Он посмотрел вокруг: ни одной безопасной бритвы.
Он взял коробочку, встряхнул ее. Там лежал довольно толстый тюбик. Он отвинтил крышку, нажал, и из отверстия показалась пена. Малко продолжал внимательно рассматривать тюбик, ощупывать со всех сторон. Потом попытался разобрать. Верхняя часть не отвинчивалась. Тогда он попытался вращать нижнюю часть. Вскоре его усилия увенчались успехом: низ отвинтился. Внутри цилиндр был пуст.
Малко всунул палец внутрь и ощутил что-то плотное. Через секунду он извлек свернутый паспорт. Турецкий голубой паспорт. Он раскрыл его: паспорт не заполнен. Именно за него Курт Морелл был так жестоко убит.
Он быстро спрятал паспорт обратно в цилиндр, положил его в коробку и сунул в карман брюк. Потом вернулся в свой номер. Майя по-прежнему похрапывала. Он положил коробку на полочку ванной комнаты и взял свой крем для бритья. Затем снова отправился в номер Алоиса Картнера и положил свою коробку туда, где раньше лежал контейнер. Теперь, если будет производиться новый обыск, никто не обнаружит замены...
Наконец он улегся и попытался спокойно подвести итоги. Паспорт у него! Но как дорого за него пришлось заплатить! Оставалось самое главное. У него один паспорт на троих. Плюс человек, который преследует его по пятам. Как теперь лавировать между советским генералом — «легитимным» владельцем паспорта — и Эмилем Боровым, убившим Курта Морелла и готовым на все, лишь бы покинуть Болгарию?
Мимо промчался уже третий трамвай. Малко насквозь промерз. Девять двадцать пять. Генерал Сторамов отказался сегодня от пробежки? Что это означает? Он вернулся к машине бегом, чтобы согреться. Алоис Картнер так и не появился. Тревожило и отсутствие советского генерала. Тем более что для него есть хорошие новости. Даже если Эмиль Боровой по-прежнему еще очень опасен. Мысль об Эмиле вернула его к судьбе Картнера. Его нельзя бросить. Может быть, в офисе есть информация о нем?
Он остановил машину подальше от улицы Стамбулийского и направился к офису пешком. Подойдя к витрине, он, пораженный, остановился. Алоис Картнер спокойно восседал за своим столом с привычной рюмкой виски. Правда, он был небрит. Он встал и крепко пожал Малко руку.
— Давайте-ка пропустим по стаканчику, чтобы проснуться! — весело сказал он, подмигнув, намекая на наличие микрофонов.
В маленьком баре, где уже было полно девиц, Алоис Картнер не выдержал:
— Сволочи! Я действительно испугался. Меня выпустили только утром, перед самым открытием бюро. Я скажу, где спрятан паспорт.
— Он уже у меня, — успокоил его Малко.
И он рассказал о своей ночной экспедиции. Толстяк был восхищен.
— Какой-то тип меня поджидал. Это, безусловно, Боровой, о котором вы мне говорили. Он заявил, что у них имеется информация о том, что я занимаюсь продажей фальшивых паспортов, при помощи которых оппозиционеры покидают страну. Детский лепет! К тому же допрос не стенографировался.
