Большинство нормальных людей захаживали в пабы ближе к вечеру, когда было уже не так жарко и можно было хорошо посидеть вплоть до самого утра, но Джоф со своей компанией всегда, когда проездом бывал в городе, ходил в таверну к самому открытию, чтобы посидеть там до самого закрытия, потому что — как показывал опыт — время в таверне летело так стремительно, что многие удивлялись, как такое вообще возможно, и думали, что это все какая-то хитрая магия.
«Синюю лошадь» они услышали еще раньше, чем увидели. Возле трактира всегда шла оживленная жизнь с самого открытия в обед и до момента на рассвете, когда людей приходилось насильно выносить, если «Синяя лошадь» заканчивалась или не справлялась. Уже вечером можно было не найти себе хорошего места, а ночью проклятые пьянчуги приезжие заполняли весь город своими телами. К счастью для всех, солнце только делало вид, что работает, потому что, кроме яркого света, никакой жары не ощущалось. Опять вместо ленивого светила вкалывал неугомонный ветерок.
Джоф с Кристофом ускорили шаг, как только показался фасад таверны, но их опередили.
— Малыш Джоф, красавчик Кристоф! Неужели вы снова к нам? — раздались веселые голоса со стороны расположившегося напротив таверны борделя. Яркие и красивые, если не приглядываться, девушки издали махали руками и смеялись. Джоф с Кристофом ускорили шаг.
— Постойте, постойте! — догоняя обоих, замахала руками Хлоя. — Кажется вас зовут вон те милые девушки.
— Не может такого быть. Я здесь никого не знаю, откуда меня может кто-то знать? — Кристоф уже спрятался в капюшоне и в активизировавшейся толпе и не понимал, чего они все остановились.
— Да мало ли в мире Джофов. Пойдемте скорее, пока наш обед кто-нибудь не увел, — махнул рукой Джоф.
— Вот вы бедняги, — маска сочувствия появилась на лице Хлои. — У вас такие популярные имена и такая обыкновенная внешность, что вас вечно путают с какими-то тезками проходимцами, которые шляются по борделям, курительным и пабам. Может, давайте вам имена сменим — назовем вас как-нибудь неповторимо и уникально, ведь чистое, никем не запятнанное, имя всегда в почете!
— Нет, спасибо. Мы сильные и сможем вынести этот морально тяжелый груз. Такие испытания лучше всего закаляют воинов и магов! — сказали наперебой Джоф и Кристоф. Они уже протиснулись в двери, так как случайные прохожие на улице начали находить связь между выкрикиваемыми женщинами именами и конкретными людьми.
— Да и запутаться можно, если каждый год менять опороченные проходимцами имена на уникальные, чистые и незапятнанные.
Кристоф, как и любой из них, всегда становился на сторону сильных троллей. И интерес к этому никогда не угасал, так как сила тролля была непредсказуема и зависела от многочисленных факторов. Балда все больше ощущал надвигающийся туман, но разговор про имена отодвинул его границы. Ему вдруг подумалось, что Балда — это не обидное ругательство, которым уже давно никого и не называют. Балда — это уникальное имя, которым его зовет Хлоя, Джоф, Роджер и Кристоф. Может быть, даже мама так его называла, только нежно и ласково.
— Кристоф, кажется, у нас сегодня не осталось друзей. Надеюсь им найдется местечко в углу под стойкой, если они не успели забронировать места под столами. — Джоф не обиделся, но и умного ответа от нападок Хлои не нашел.
— Н-даааа! — затянула Хлоя и тут же вскочила на какую-то табуретку на входе. — Я думала, ты повыше будешь, а это все иллюзия и магия.
Джоф повернулся к ней, чтобы что-то возразить, но, увидев ее стоявшую на табуретке и все равно оказавшуюся чуточку ниже его, рассмеялся.
— Хочешь рассказать мне стишок во славу неба или решила посмотреть, как будет выглядеть мир с высоты эшафотной скамьи? Думаю, там ты бы выглядела великолепно! — он аккуратно взял ее за плечи и снял с табуретки. — Только вот нельзя повесить птичку, которая ничего не весит.
— Да я знаю, что для тебя все девушки с мешком на голове красавицы! — не лезла в карман за ответом Хлоя. — К счастью, кабана весом десять пудов да с такой шеищей тоже не повесишь, так что болтаться рядом нам не придется.
Их отвлек до боли знакомый звук: пока они обменивались любезностями, Роджер, Кристоф и Балда уже стояли у стойки и высаживали по пинте эля, — за порогом трактира отставших не дожидались.
Довольно просторная зала была усеяна широко расставленными длинными столами с лавками. Между столов там и сям располагались высокие стойки для тех, кто зашел ненадолго, на каких-нибудь пару часиков опрокинуть кружечку другую. Зала таверны уже была забита до отказа и свободных мест за столиками не было видно. Среди огромного количества горожан и приезжих здесь в любое время находились те, кто был голоден и не прочь выпить. За некоторыми столами играли в карты и в кости на деньги. Джоф и Хлоя направились к своей компании, но какой-то половой из обслуги остановил их.
