— Вам придется сдать ваше оружие, — сказал он так уверенно, как мог сказать человек либо абсолютно не знавший Джофа, либо абсолютно не ценивший свою жизнь. Он указал на стену слева от входа, где висели мечи, топоры, луки и секиры посетителей таверны.
— Это что еще за новость? — возмутился Джоф.
Здоровяк опустил секиру древком на плечо полового, чуть не отрезав ему ухо и вынудив его немного присесть на подкосившихся ногах. Джофа начинало напрягать, что его спутники уже на пинту впереди него, а его красавица-лучница еще ни в одном глазу.
— Уже как год ввели новые правила для посетителей, — менее уверенно произнес человечек. За его спиной другой половой поднес к столику доску с ароматными подкопчёнными свиными голяшками, из которых торчали несколько здоровых ножей, а за соседним столом бородатый детина с громким хрустом разрубал топором огромную кость.
— А зачем сдавать свое оружие, если его все равно принесут с едой? — тоже не поняла Хлоя.
— Во-первых, это не оружие, а столовые приборы. Во-вторых, зачем портить свое оружие, если вам все принесут? Мы заботимся об интересах и удобстве наших постояльцев и посетителей, — половой выдавил из себя не очень ровную улыбку, видимо, древко секиры защемило шейный нерв.
— В этом есть резон, — подогнала Хлоя тупившего Джофа, у которого в голове было слишком сухо, что задерживало ход мыслей.
— Пусть так, только аккуратно, не поцарапайте!
Джоф отпустил руку, и топорище съехало на плечо полового, а низ древка стукнул его по коленке. Малый не дрогнул, иначе бы он здесь не работал.
— Как можно поцарапать такой дорогой магический артефакт?! — с удивлением спросил проходящий мимо подвыпивший знаток.
— Не поцарапайте посетителей и стену! — уточнил Джоф. — Хозяин мой старый знакомый.
Половой потащил на себе секиру к стене, размышляя, как такую громадину повесить, а кабан и птичка наконец-то добрались до стойки: Джоф быстро опрокинул в себя пинту эля и поставил рядом с уже пустой кружкой Хлои. И вот теперь он уже со спокойным видом высматривал их любимое место и искал свободного полового. Если сейчас все было занято, то вечером и ночью здесь было столпотворение и к этому времени нужно было занять местечко под солнцем, а, точнее, их любимый столик в затемненном углу, мимо которого шастало меньше пьянчуг.
Балда уже был в легкой дымке тумана, но не мог понять, было ли это внутри его головы или же где-то курили кальян. Кристоф был в хорошем настроении от эля, а Роджер от того, что увидел интересный символ на левом предплечье Балды. Хлоя заметила знакомого барда за одним из столов и прикидывала, сколько он еще будет пить и сколько трезветь, прежде чем начнется музыкальное представление, — ей хотелось послушать хорошую музыку и узнать какую-нибудь новую песню. А пока что местные музыканты что-то грустно поигрывали невпопад, — хозяин запрещал им пить до вечера, чтобы они не расслаблялись и развлекали публику, хотя все кроме него понимали, что развлекать публику музыканты начнут только когда выпьют. Джоф слегка прогнул стойку, облокотившись на нее всем весом своего тела, и бросил взгляд в сторону их столика. Там, вызывая его возмущение и гнев, уже ютилась какая-то странная компания: какой-то пухлый здоровяк сидел на его любимом широком и прочном стуле, а рядом с ним восседали двое худощавых спутников и смазливая девчонка. Ничего не подозревающий половой, несшийся мимо Джофа с подносом мясной нарезки, был резко остановлен внезапно возникшей перед ним огромной рукой. Поднос понесся дальше вперед, где был перехвачен Роджером, который, не отрываясь от кружки, поймал его свободной рукой и круговым движением поставил на стойку. На мясо тут же слетелись голодные Хлоя и Кристоф.
— Уважаемый! — неуважительно обратился к половому Джоф. — У нас сегодня заказан самый лучший столик с чудесными и широкими стульями вон в том прекрасном уютном углу. Но я вижу, что там уже кто-то сидит.
Джоф аккуратно, чтобы не сломать шею, повернул лицо полового в направлении нужного стола.
— Я бы и сам решил этот вопрос, но мне нашептали, что мы находимся в культурном заведении культурного города, поэтому у тебя осталось очень мало времени на улаживание вопроса, пока выпитый мною эль не всосался в кровь.
— Минуточку! — половой достал из кармана грязного передника некий листок, сверился с ним и сказал:
— Все верно: столик в углу заказан на толстяка, трех худосочных мужчин и прекрасную, как лесная фея, девушку. Они там и сидят, как видите.
Джоф мрачно задвигал губами. Жизнь с Балдой сделала его чуточку терпимее к дуракам, к тому же половых было не так много, чтобы выводить из строя одного из них. А вот к хозяину таверны появились вопросы.
— Джоф! — тонкая рука Хлои легла на его похожую на бревно в кольчуге руку и убрала ее от шеи полового. — Они просто ошиблись, не смогли в темноте отличить смертную от феи. Сейчас все исправят. Ведь исправите?
