В нашей "общей гостиной" стоял высокий крепкий блондин и смотрел на меня своими до невозможности яркими голубыми глазами. В сочетании с чуть сияющими жёлтыми линиями, которые я до сих пор при первом взгляде принимаю за очки, это выглядело особенно красиво. Да и вообще, сам мужчина имел какую-то нереальную харизму. Квадратный подбородок, прямой, чуть крупный нос, хищные глаза и высокий лоб: всё это делало его красавчиком. А когда он открыл рот, мне вообще показалось, что мужа я уже выбрала.
– Наталья, – произнёс он с ударением на первый слог.
И когда наша четвёртая подняла руку, вручил ей прямоугольную коробку.
– Софи, – снова неправильно произнёс он и вопросительно поднял взгляд.
– Мария, – и Маша получила свою коробку.
Этот красавчик опустил взгляд на коробку, потом поднял на меня и выдохнул:
– Полина.
– Полина, – произнесла я с ударением на второй слог, поправляя его и улыбнулась.
– Я Марколан! – ткнул он себя в грудь и протянул коробку мне в руки.
Я приняла её, но блондин не спешил отводить взгляд.
– Очень приятно! Спасибо! – сказала я и посмотрела на коробку.
Вот тут меня ждал сюрприз… Это ж надо быть такой недальновидной, что о возможном муже я подумала, а о том, что здесь другая письменность – нет? На коробке были начирканы какие-то каракули… Но уже через секунду я осознала, что могу их прочесть. Там было написано "полина петрова" с ударением на первые слоги и с маленькой буквы. Хотя возможно тут всё пишется с маленькой буквы…
В коробке оказались туфли, напоминающие кеды, только без шнурков, на липучке. Возможно, они имеют название. Но я его не знаю, не сильна в современной моде. Все как по команде обулись, видимо, не только я устала ходить тут босиком.
– Вам необходимо пройти по двое в медицинские капсулы для сеанса омоложения! Я провожу. Полина, Софи? Идём?
Я подняла глаза от обуви и заметила, что мужчина опять смотрит только на меня.
Я поднялась, и мы с Софи, не сговариваясь, молча пошли на выход.
Это они хорошо придумали, что по двое: не так страшно.
Мы вышли в коридор и последовали за Марколаном.
Вот надо же, его имя я запомнила сразу. Или же вчерашний инцидент заставил меня быть внимательнее. Хотя тот, первый мужчина: тот, что капитан, выглядел не менее привлекательно. Высокий, широкоплечий, подкаченный, с овальной формой лица и чуть длинноватым аристократическим носом, и всё же, достаточно красивый. Зелёные глаза и короткая стрижка каштановых волос. И выражение лица: решительное, хотя, я мало видела военных, наверное у капитанов корабля именно такое и должно быть.
Мы прошли по коридору не менее ста метров, потом спустились по лестнице на пару этажей ниже и попали в медицинский кабинет.
– Здравствуйте! Меня зовут Ирум Амер, я военврач. Сейчас мы приступим к процедуре омоложения, это ни больно, ни опасно для здоровья, и займет всего четыре минуты. Прошу пройти к капсулам и устроиться в них поудобнее. Обувь нужно снять, одежду можно оставить, – сказал мужчина, встретивший нас прямо в дверях.
Он прошёл вглубь кабинета и указал на две белые капсулы со стеклянной крышкой. Так значит мне она не приснилась? Я действительно лежала там.
– А почему нас сразу не омолодили? – озвучила Софи.
Прямо "с языка сняла".
– Потому, что капсула не может выполнять две задачи одновременно. Нам сначала пришлось очистить организмы всех женщин от вируса, и только потом приступать к следующему этапу, – терпеливо ответил врач, глядя на Софи.
Возможно мне уже мерещится, но, если ещё пару минут назад мне казалось, что Марколан смотрит исключительно на меня, как будто хочет что-то сказать, но не может; то теперь я то же самое наблюдала на примере Ирума и Софи. Странно это всё.
Мы устроились в капсулах, и стеклянная крышка опустилась.
– Вы можете разговаривать это время, чтобы не скучать. Мы пока покинем помещение, но через четыре минуты обязательно вернёмся. Как только услышите писк капсулы и крышка откроется, можете её покинуть, – сказал врач, и я услышала звук закрывающейся двери.
С минуту мы с Софи молчали.
– Как думаешь, подслушивают? – спросила нарочито громко Софи.
– Сто процентов! – со смешком ответила я. – Но если сейчас подслушивают, то и в другое время тоже. Ты откуда?
– Из Москвы.
– Надо же, а по имени и не скажешь. Я тоже!
– Да, папа родом из Кении, но приехав учиться в университете, влюбился в маму и решил остаться. А ты тоже в больнице лежала?
– Да. И состояние было критическим. Так что в слова о нашем спасении я верю.
– Я тоже, – вздохнула она. – Очень странно, что имея возможность помочь, они просто оставили всю планету вымирать.
– Мне кажется человечество и это переживёт… Чуму же как-то пережили!
– Да, я понимаю… Просто переживаю за дочерей. Как они там.
– У тебя тоже дочери? Моим сейчас по двадцать семь! И у меня даже внучки уже есть!
– Моим двадцать два и двадцать восемь. И да, я тоже с внучками. Надо же! Понесло бабок в космос! Они, наверное, специально таких и выбирали? Способных родить девочек и в возрасте, когда уже всё в жизни сделано.
– Возможно. Ты разговаривала с другими?
