-Отец подарил на тринадцатый день рождения. Сказал, пока возрастание не пройдешь, взрослым компьютером пользоваться не сможешь, так хоть с этим поупражняйся. Он, видишь ли, хотел, чтобы я инженером стал, ну или там ученым... уж никак не думал, что я тут с крысами драться стану!
Вечером Толик мечтательно перекладывал с места на место награбленное за день.
-Ну что, команда? В Лагере первым делом в кафе завалимся?
После того, как преподаватель объявил о стоимости билетов в город, Лагерь охватила настоящая золотая лихорадка: почти все ячейки, кроме "Алых", подали заявки на дальние походы, по вечерам в Лагере процветала торговля всевозможным барахлом, найденным на развалинах, и девчонки, которых определили на кухню, в стороне не остались. Выпросив у начальника небольшую пустующую комнату возле склада, они за неделю превратили ее во вполне приличное заведение, которое гордо назвали "Кафе". Отработав смену на кухне, они затоваривались у кладовщика продуктами и, вооружившись старинными, найденными кем-то из сталкеров кулинарными книгами, готовили поистине царские блюда. Цены в этом заведении были вполне божеские, и скоро столовая заметно обезлюдела. Начальник, конечно, поворчал по этому поводу, но препятствовать не стал.
На обратном пути мы наткнулись на орешник. И хотя в зарослях травы кто-то подозрительно шуршал, я и Толик под прикрытием арбалетчиков быстро наполнили орехами мой рюкзак: их можно было выгодно продать девчонкам в "Кафе".
В двух часах ходьбы от Лагеря Толик заметил в придорожной канаве дохлую крысу. Мы хотели пройти мимо, но Толик остановился.
-Минутку...
-Ну чего? Крыс дохлых не видел? Пойдем, есть охота...
-Труп-то свежий совсем. И вот, смотри-ка...
Толик ногой перевернул крысу, и на ее тощих ребрах мы увидели пулевые отверстия. Оглядевшись, Толик нагнулся и подобрал стреляную гильзу.
-Оп-па... это же от пистолетов-пулеметов северных. Чего это их в наш сектор занесло? Ой, не нравится мне это. Приготовьте-ка оружие, ребята.
Раздался хруст, мы подпрыгнули и заоглядывались. Из зарослей сухой травы поднялся ухмыляющийся Женька, его пистолет-пулемет был направлен на нас. Следом за ним поднялись и окружили нас остальные "Алые": тощий чернявый Серега, Борька, чей говнистый характер весь Лагерь успел оценить еще в первую неделю, и даже Иринка, светловолосое воздушное создание, направила на нас свой ствол. Один лишь член ячейки "Алые", туповатый и упрямый парнишка по прозвищу "Танк", стоял чуть в стороне и без оружия, угрюмо глядя себе под ноги.
-Оружие на землю... ага, и ножички тоже. - слащаво улыбаясь, произнес Женька.
-И что дальше? - с нехорошей улыбкой спросил Толик.
-А дальше вы выложите на дорогу всю свою добычу, мы пойдем обратно, а вы будете ждать здесь не меньше, чем через полчаса.
Толик повернулся к нам:
-Выкладывайте. - И, обращаясь к Женьке:
-Когда мы вернемся в Лагерь, я об этом доложу начальнику.
Женька легко засмеялся:
-Ты, видимо, спал на уроках? Или невнимательно слушал? Мы сейчас можем порезать всех вас на куски и посрать сверху, а потом кричать об этом на каждом углу, и ничего нам за это не будет! На Болоте законы не действуют.
-А не будешь потом сам бояться здесь ходить?
-Кого? Вас с вашими "паяльниками"?
Освободив наши рюкзаки от содержимого (Женька не погнушался даже орехами), "Алые" ушли, довольно посмеиваясь. Толик сел на сухую кочку, подтянул к себе рюкзак и стал в нем шарить. Выругавшись, отбросил.
-Вот уррроды... даже сигареты забрали.
-У меня есть еще.
-Ну, что делать будем?
-А что тут думать... - Буркнул прямолинейный Мишка. - Как придем в Лагерь, поймать этого говнюка и морду ему набить.
-Ага, а начальник нас в карцер. Тогда Лешка с Вовкой подрались, да и то через пять минут помирились - так начальник все равно их велел на полсуток запереть.
Карцер, маленькая бетонная комната с низким потолком, находился через стенку от реактора. Если разрешал наш электрик Миша, мы иногда заходили посмотреть, как искрится и сияет маленькое рукотворное солнце за тонированным стеклом, но выдержать в реакторной более пяти минут было трудно: реактор издавал низкое гудение на пределе слышимости, от которого, казалось, вибрировали даже ребра. Очень скоро у человека возникало тяжелое, давящее чувство, а еще через некоторое время начинались галлюцинации. В карцере этот звук был приглушен, но он был. Вовка рассказывал, что через шесть часов заключения он начал видеть сквозь бетонную стену чертей и крыс. Надо ли говорить, что в карцер никому не хотелось...
-Ладно, - со вздохом отбросил Толик окурок. - пойдем в Лагерь, там уж решим, что дальше делать.
Уже возле самого Лагеря Толик вдруг остановился и звонко прищелкнул пальцами:
-Стойте... Придумал!
Глава 12
В тот же день Игорь купил коробку конфет и отправился в комнату ячейки "Ртуть", якобы заигрывать с Настей. Вернулся через час, смущенный и порозовевший, но довольный.
-Они согласны!
-А что это вы там делали целый час, сударь? - подколола его Саша.
-Чай пили с конфетами. У них красиво там, они все обои фломастерами раскрасили, цветы стоят...
