Один из мужчин подошёл к ней, глядя в лицо с выражением неприкрытой злобы. Он ткнул пальцем в её волосы и с презрением что-то высказал на своём языке.
– В десятый раз повторяю: не понимаю! – выплюнула она, сама поразившись, с какой злобой прозвучали эти слова. Её тело, сознание, психическое состояние с момента попадания в данную местность были лишены возможности сбросить напряжение. Она не позволила себе разреветься ранее и сейчас, видя такое отношение к себе, медленно начала распаляться злостью. На этих немытых созданий, на охрану, на судьбу… Был ли виноват адреналин, но сейчас, стоя лицом к лицу с этим мужчиной, она не чувствовала ни страха, ни угрызений совести. Если быть он хоть «бе» и «ме» понимал по-русски, то на голову несчастного вылился бы весь её словарный запас устного, который в обычной жизни Ира не использовала. А так как такой возможности не было, она просто выпрямилась и впилась в него глазами, сверкая яростью из-под бровей.
Мгновение мужчина выглядел ошеломлённым. А затем его лицо приобрело свирепое выражение и он замахнулся с намерением влепить ей пощёчину, в последний момент чуть убавив силу замаха, видимо, сообразив, что перед ним всё-таки женщина, существо хрупкое. Ира среагировала на рефлексе. Она знала, что будет больно, потому что ручищи у этого изверга были размером с две её. Но она была не в том настроении, чтобы думать о боли. Всё её нутро кипело от пережитых потрясений, и возможно, впервые в жизни ей хотелось драки. И плевать, что будет с ней в итоге. Во всяком случае, в обиду себя не даст. У хлёстких ударов есть один минус – они наносятся относительно расслабленной рукой, хоть и с ударной силой. Ира просто выставила свою руку перпендикулярно на пути и, сжав кулак, напрягла все до единой мышцы, какие только были в её слабой конечности. Было очень больно, но она постаралась никак этого не показать, тело пошатнуло, чудом удержалась на ногах. Мужчина тоже схватился за место удара. Ещё бы: ощущения, как будто въехал рукой в стену. Он почти плевался от ярости. В одно движение он перехватил её волосы, которые, слава богу, были стянуты в хвост (было не так больно), и поднял её над землёй. Ира не осталась в долгу, вцепившись длинными ногтями ему в лицо, царапая и пытаясь добраться до глаз. В тот момент всё её человеколюбие куда-то делось. Вкусив первую минуту настоящей драки, она, с каким-то извращённым удовольствием, наслаждалась возможностью причинять боль. Мужчина взвыл и выпустил её волосы.
– Что, съел, ублюдок! Только тронь ещё меня – и без глаз останешься! – орала она, не сдерживаясь.
Мужчина смотрел на неё уже не только со злостью. В его глазах она видела глубочайшее непонимание, такое ощущение, будто она не вписывалась в его картину мира. По роже, что ли, никогда не получал? Или… не получал от женщины? Она окинула быстрым взглядом присутствующих сокамерниц. Жмутся чуть ли не к стенке, на неё глядят с ужасом, и ни у одной прямого взгляда. Всё из-под ресниц, старательно делая вид, что их тут нет. Ясно. Ну что ж, в эту систему она вписываться точно не собирается. Вдруг она увидела второго мужика, из тех, что отметила как «я – хозяин». Он тоже направлялся к ней. А вот это уже плохо. Против двоих ей ничего не сделать. Да и против одного, если честно, тоже, если возьмутся всерьёз.
– Карра! Минэ! – раздался суровый окрик со стороны двери. Зазвенели ключи и замок.
В помещение вошёл один из охранников с плетью наизготовку и «более молодой» «офицер», прихода которого она не заметила за стычкой.
Двое мужчин встали и, злобно сверкая глазами, посмотрели на вошедших. Интересно, кто из них Карра, а кто Минэ? Ей почему-то показалось, что непонятные слова были именами.
Охранник произнёс тираду на всё том же незнакомом языке. Парочка ответила ему, что-то пробурчав. «Офицер» спросил что-то у охранника, и тот, кивая попеременно то на неё, то в сторону мужчин, видимо, отчитался о произошедшем. Тот долго молчал. Потом высказался парой рубленых фраз, после которых охранник весьма картинно повёл плетью. «Карра и Минэ» сглотнули и медленно кивнули, бросая в её сторону злобные взгляды.
На сём инцидент посчитали исчерпанным.
Когда дроу покидали камеру, Ира внезапно для самой себя произнесла:
– Эй, начальник, постой минутку!
На звук её голоса охранник и «офицер» обернулись. Она поймала глазами взгляд старшего по званию и, глядя ему прямо в лицо, сказала:
– Спасибо за помощь, – сопроводив фразу лёгким поклоном.
