В общем, обогнули Ургенч и двинулись дальше. Запастись водой в городе, конечно же, не удалось, и паек урезали едва ли не вдвое. Вскоре мы еле тащились по степи, горбы верблюдов обвисли поникшими в штиль парусами, лошади начали спотыкаться от усталости и недостатка жидкости. Многие драгуны делились с верными скакунами своей и без того весьма скудной порцией питья. На третий день пути было принято решение выдавать людям разведенное вино, чтобы увеличить долю животным. Решение далеко не лучшее, потому что обессилевшие от жажды люди быстро хмелели и иные уже едва держались в седлах. Конечно, среди драгун таких не нашлось – все они были народом крепким, даже те, кто не из казаков родом.
Мои бойцы держались молодцами, даже Армас – человек северный и к подобному климату не привыкший. Хотя он уже столько помотался с командой по всей Европе и изрядной части Азии, что смена климата на него, как и на всех нас, почти не повлияла.
– Разбойники могут напасть на нас у Амударьи, – заявил Обличинский. – Надо не допустить хаоса, когда экспедиция доберется до ее берегов. И в этом я прошу вашей помощи, граф. Лейтенант Можайский со своими моряками уже обещал помочь.
– А может быть, как раз стоит допустить этот самый хаос? – неожиданно предложил я.
– Я, кажется, не совсем понимаю вас, граф, – удивился ротмистр. – Если на нас нападут, когда большая часть обслуги ринется к воде, это будет крахом всей экспедиции. Нас просто растопчут.
– Если мы будем сдерживать рвущуюся к воде обслугу, то да, нам конец. А вот если враг увидит хаос в наших рядах и кинется нападать, то мы, не отвлекаясь, сможем отбить атаку. И с немалыми потерями для бандитов.
Ротмистр помолчал с полминуты, переваривая сказанное мной, а после выдал:
– Иного сложно ожидать от героя Арабата. Теперь я понимаю, как вы смогли сдерживать британцев и немцев так долго. Жаль, что после не пошли по военной лестнице, Россия потеряла отличного генерала.
– Генералов у нас хватает, – усмехнулся я, – найдутся и получше моего.
– Да уж, – согласился Обличинский, – в генералах у нас уж точно недостатка нет.
Амударья манила всех нас – даже верблюдов уже не надо было понукать, они почувствовали близость воды и быстрее шагали. Наутро перед последним переходом до реки лошадям раздали всю нашу воду, еще сильнее ужесточив норму для людей. Также в то утро никому не наливали вина.
Когда же Амударья появилась на горизонте, к ней рванули почти все. Погонщики буквально тащили за собой торопящихся изо всех сил верблюдов, прочая же обслуга бросилась к водной поверхности бегом. Драгуны и морская команда Можайского воцаряющемуся хаосу никак не мешали, однако и присоединяться к бегущим к воде не спешили.
Игнатьев подлетел к нам – гнев лучился в его лице. К тому же тон разговора был ледяным и спокойным.
– Что это такое? – процедил он. – Вы должны поддерживать порядок в экспедиции, Обличинский, а не манкировать обязанностями. Это уже похоже на предательство.
