Если устранить политические препоны на пути США, то остальное сделает экономика. А поскольку «невидимая рука рынка» ничего не стоит без военного кулака, то Рузвельт взялся укреплять американскую армию и особенно флот.
Еще до Рузвельта, в 90-е годы XIX века, группа банкиров во главе с Джоном Морганом захотела прибрать к рукам русские богатства Дальнего Востока. Серьезно рассматривались даже проекты захвата Чукотки[128]. Лобовые попытки получить чукотские концессии провалились, и тогда американцы стали действовать хитрее. Теперь они создавали предприятия вместе с русскими промышленниками, и через эти лазейки проникали на российский Дальний Восток.
Пожалуй, самым амбициозным проектом стала идея проложить железную дорогу от Канска до мыса Дежнева, где посредством подводного туннеля она бы соединилась с территорией США. В конечном итоге ожидалось появление транспортной артерии «Париж — Нью-Йорк». Значительная часть пути прошла бы по территории России, и под этим соусом американцы добивались концессий в Сибири, а также права покупать землю вместе с недрами[129]. Деньги на проект выделили всемирно известные финансисты: Морган, Шифф и Куртис. Конечно же, Николай II отверг такое «взаимовыгодное сотрудничество».
Напомню, что в то время на территории Южной Маньчжурии находились русские войска, и, разумеется, Вашингтон постарался ускорить их эвакуацию. Вытеснить Россию не только из Китая, но и со всего Дальнего Востока стало стратегической целью хозяев Вашингтона. И в этом смысле Рузвельт был верным слугой капитанов бизнеса. Новый президент даже не скрывал агрессивных планов и открыто провозгласил доктрину интернациональной полицейской политики. Разумеется, международными «полицейскими и судьями» американцы назначили сами себя.
Чтобы играть роль арбитра в международных конфликтах, сначала следует такой конфликт соорудить. Так вот, американцы тайно подстрекали Японию к захвату Кореи и одновременно сопротивлялись подписанию договора России с Китаем. В Петербурге прекрасно понимали, что как только русские войска покинут Маньчжурию, там сразу же появятся англичане, японцы и американцы.
В 1902 году Япония и Британия заключили союзное соглашение, а Вашингтон хотя и не подписал никаких бумаг, но де-факто присоединился к англо-японскому договору. Более того, Теодор Рузвельт заявил, что в случае если Франция или Германия помогут России, то «немедленно встанет на сторону Японии»[130]. А чтобы слова звучали более веско, США провели военные учения своего флота на ключевых путях, связывавших европейские порты России с Дальним Востоком[131]. Затем американская эскадра появилась еще и в китайском Чифу, и у берегов Японии.
Во время Русско-японской войны Вашингтон официально объявил о своем нейтралитете, однако это были пустые декларации. На практике США всемерно помогали Японии. Причем поддержка не ограничивалась щедрыми кредитами и военными поставками, не гнушались американцы и шпионажем в пользу Японии.
К тому же американская дипломатия постоянно занимала прояпонскую позицию в различных международных спорах, и это оказывало прямое влияние на ход боевых действий. Так, например, когда русские корабли зашли в Шанхай на ремонт, именно США потребовали от Китая разоружения «Аскольда» и «Грозового». А когда отряд контр-адмирала Энквиста после Цусимы зашел на ремонт в Манилу, то был интернирован, а Манила — столица американской колонии.
О противостоянии между США и Россией мы до этого момента еще не говорили. Что и неудивительно, ведь как великая политическая держава Америка состоялась гораздо позднее Англии, Франции и России. Однако экономические успехи США второй половины XIX века неизбежно подтолкнули американскую элиту к мысли о политическом господстве в Евразии.
По степени влияния в Азии американцы сильно отставали от «старых» колониальных держав, но в конце XIX века бросились наверстывать упущенное. Победа в американо-испанской войне 1898 года принесла США крупные территориальные приобретения, среди которых выделяются Филиппины. Тем временем Россия успешно проникала в Китай и Корею, так что конфликт великих держав на Дальнем Востоке становился неизбежным.
Многие годы между империями шла ожесточенная борьба. В книге мы затронули небольшой ее фрагмент, но даже этого достаточно, чтобы оценить размах и напряжение векового противостояния. А нам более ста лет рассказывают пошлейшую сказку о том, что Россия спровоцировала войну с Японией из-за лесных концессий на границе Китая и Кореи. В оборот крепко вошло выражение «безобразовская клика», по имени офицера Александра Михайловича Безобразова, предложившего идею проникновения России в Корею.
Мол, целая группа «реакционеров-безобразовцев», включая, между прочим, великого князя Александра Михайловича, решила дорваться до корейского леса, оказывала влияние на Николая II, подталкивала царя к авантюристической политике на Дальнем Востоке, а в результате мы получили войну с Японией.
