Вернувшись в Кабул после стольких лет отсутствия, он обнаружил этот город совсем другим. Современный мир, мир Айфона и отрицательных процентных ставок предоставляет большие возможности… строились целые кварталы современных многоэтажек, дороги были в относительной, но норме, а на Майванде — можно было купить золотые часы или тот же Айфон. И все было бы ничего, если бы не взрывы и перестрелки, если бы не торговля наркотиками. Город изменился… но не изменились афганцы, они по-прежнему помнили секрет, позволявший им выигрывать любые войны. Надо было просто не сдаваться, не признавать поражения. И все. С этим — Америка вступала в восемнадцатый год войны. У них тут был ограниченный контингент в несколько тысяч солдат спецназа, было ЦРУ и некоторые другие ведомства… и была война. Пуштуны с юга и востока не сомневались — рано или поздно они снова войдут в Кабул, как это было раньше. Они даже не сомневались…
В конце концов, прав был тот кабульский полицейский, который сказал ему: я знаю, сэр, не все пуштуны плохие… но большинство из них.
Нужны были решения… а решений не было. В современном мире, где посланное по электронной почте письмо оказывается через пару секунд за десять тысяч миль — никто не может воевать восемнадцать лет. По крайней мере, развитые страны не могут. Его предшественник предлагал разделить Афганистан на две части: пуштунский юг со столицей в Кандагаре, и многонациональный север со столицей в Кабуле. Но никто в Вашингтоне не стал всерьез об этом задумываться… Афганистан был на задворках политики. Пока не произойдет новое 9/11 — никто не почешется.
А оно произойдет. В этом можно не сомневаться.
Здесь все знают, каким будет будущее, но никто не в силах его изменить. Никто…
Субурбан плыл по городу, резко тормозил и снова набирал ход — теперь, после того, как основной американский контингент выведен, они уже не могут позволить себе перемещаться с мигалкой. На каждом перекрестке стояли изумрудные пикапы национальной полиции с пулеметами. Сколько из них уйдет в моджахеды, как только все здесь накроется? Да все! Потому что в Афганистане государство проигрывало и разваливалось столько раз, что никто и не подумает стоять до конца. Здесь имеют значение простые, сермяжные истины — собственная жизнь, дальше семья, дальше клан и племя. Государство — это те идиоты, кто бесплатно дает оружие, и время от времени заставляет петь национальный гимн.
Субурбан свернул к грубо выстроенной стене больше двадцати футов высотой. Вот и она. Зеленая зона…
В холле здания, целиком отданного под нужды правоохранительных структур, к нему бросился Гела — грузинский стажер[18]. В составе персонала местной станции — были далеко не только native Americans.
— Сэр. У нас большие проблемы.
— Где?
— В Таджикистане…
— Итак, внимание. Это Горный Бадахшан, Ишкашимский рынок. Вот он.
…
— Вчера здесь произошла серьезная перестрелка. Мы потеряли более десяти человек, к счастью — только привлеченные силы.
— В чем был смысл операции? — спросил Старк.
— Отследить контакты российской разведки в Афганистане. В частности — контакты, направленные на дискредитацию Камбалы.
— Продолжайте.
Дискредитация — в ЦРУ это могло означать все что угодно.
— У нас появились данные о том, что российская разведка нашла агентурный подход к Камбале, должна состояться передача информации на Ишкашимском рынке.
Данные дал крот, окопавшийся в Москве — Старк об этом знал, а вот Гела — нет. Крот знал место, но не знал, кто конкретно там будет — ни с той, ни с другой стороны. Почему работал крот — об этом не знал и Старк, может, по идеологии, может, за деньги. Он знал этого крота, потому что до Кабула работал на станции в Киеве помощником резидента, инфа шла через него. Лучшим их агентом в Москве был генерал, его супруга была украинкой, до 2014 года никому не приходило в голову, что это плохо. Потом он начал давать информацию. Через два года все раскрылось — и русские объявили о том, что генерал умер. О том, что произошло на самом деле — спустя год рассказал крот. Когда все раскрылось — к генералу пришли сослуживцы. Ничего не подозревая, генерал отправился с ними порыбачить — и на рыбалке сослуживцы утопили его. Россия в этом смысле не менялась…
— Мы направили группу на перехват и связались с местным активом с тем, чтобы оказал нам помощь.
На экране появилась фотография.
— Мирзо Бобокулов, местный криминальный авторитет, занимается контрабандой, наркотиками, крышеванием…
Старк махнул рукой.
— Российских агентов удалось отследить, равно как и их контакт. Контактом оказался простой торговец. Но при попытке задержания — российские агенты открыли стрельбу и скрылись. Погибли Бобокулов, почти вся его охрана, а так же пять наших людей, привлеченных в рамках Камбалы. Агентам удалось уйти.
— Стоп.
Старк быстро соображал.
— Сколько было русских?
— Двое, сэр, как мы полагаем.
— Стоп…
…
— То есть вы хотите сказать, что двое русских убрали Бобокулова, его людей, убрали чеченцев и скрылись?
— Да, сэр.
— Как так произошло?
