Теплый свет, зимний хлам, снег с водой пополам,Солнце-прачка склонилось над балкой-корытом.Мы поедем с тобой по весенним полям,По весенним полям, по весенним полям,По дорогам размытым.Наш конек седогривый по кличке МизгирьТак хорош, будто мчался на нем богатырь.Дорогая, не холодно ль в старой телеге?Узнаешь эту легкую русскую ширь,Где прошли печенеги?Удивительно чист — в проводах — небосклон.Тягачи приближаются с разных сторон.Грузовые машины в грязи заскучали.Мы поедем с тобой в запредельный район,Целиною печали.Ты не думай о газовом смраде печей,Об острожной тревоге таежных ночей, —Хватит, хватит нам глухонемого раздумья!Мы поедем в глубинку горячих речей,В заповедник безумья.Нашей совести жгучей целительный срамСтанет славой людской на судилище строгом.Мы поедем с тобой по весенним полям,По весенним полям, по весенним полям,По размытым дорогам.
1960
<p>КОМБИНАТ ГЛУХОНЕМЫХ</p>Даль морская, соль живаяЗнойных улиц городских.Звон трамвая. Мастерская —Комбинат глухонемых.Тот склонился над сорочкой,Та устала от шитья,И бежит машинной строчкойЛиния небытия.Ничего она не слышит,Бессловесная артель,Лишь в окно сквозь сетку дышитПолдень мира, южный хмель.Неужели мы пропали,Я и ты, мой бедный стих,Неужели мы попалиВ комбинат глухонемых?
1960
<p>СОЛОВЕЙ ПОЕТ</p>Соловей поет за рекой лесной,Он поет, — расстаются вдругТо ли брат с сестрой, то ли муж с женой,То ль с любовницей старый друг.Поезда гудят на прямом бегу,И кукушки дрожит ку-ку,Дятлу хочется зашибить деньгу,Постолярничать на суку,Ранний пар встает над гнилой водой,Над зеленой тайной болот.Умирает наш соловей седой,Умирая, поет, поет…
1960
<p>РИСУНОК В ВАГОНЕ</p>Яснеют законы добраВ четвертом своем измеренье:Не завтра, а наше вчераСегодня поймешь в озаренье.У мальчика что-то в лице,Чем с миром прошедшим он связан.Себя не найдет он в отце,Но тот уже в нем предуказан.А поезд в движенье живомШумит, приближаясь к платформе:Так мысль, чтобы стать существом,Спешит к предназначенной форме.
