Твердые, будто отлитые из бронзы пальцы Кеммы сжали запястья Аннушки, синий луг дрогнул от произнесенного вслух заклинания, мир Таро раскололся на крошечные осколки, они со звоном посыпались на пол, а когда звон стих обе девушки оказались в квартире Александры Георгиевны.
– Ты свободна, – Кемма нахмурила черные, похожие на бархатные шнурки брови. – Теперь исполни свою клятву.
– Идем. Я спрятала их неподалеку.
Они вышли на улицу, быстро зашагали в сторону видневшегося вдали кинотеатра. Издали можно было подумать, что две подружки взявшись за руки, дружно отправились на прогулку.
– Какой тайник ты подыскала для этого бесценного сокровища?
– Я засунула их в щель под одной из плиток, которыми облицован первый этаж кинотеатра.
– Невероятно! – Кемма даже с шага сбилась, недоверчиво посмотрела на Аннушку. – Эти карты могут изменить судьбу любого, тот, кто обладает ими, может получить все, стать счастливым, богатым, а главное – человек, завладевший ими, будет сильнее богов. Вот, что такое моя колода Таро, а ты поступила с ней, как с каким-то хламом! Глупая, невежественная девчонка!
Аннушка не ответила. Сейчас ее занимало совсем другое – с того места, где они находились, было хорошо видно, что нужная плитка облицовки немного отодвинута в сторону. Судя по всему, кто-то уже успел опустошить тайник и теперь девочку ожидал страшный гнев жрицы Тота. Пальцы Кеммы по-прежнему мертвой хваткой сжимали ее ладонь, лишая надежды на освобождение.
– И где же тайник? – египтянка остановилась возле здания, внимательно рассматривая выложенный плиткой фасад.
– Там, во втором ряду снизу. Я принесу карты.
– Нет.
Кемма не могла думать ни о чем, кроме своей драгоценной колоды. Отпустив Аннушку, она подскочила к указанному месту, трясущимися от волнения руками начала отодвигать одну из плиток. Сейчас она возьмет волшебные карты, вновь, спустя целую вечность ощутит их шелковистую прохладу, а спустя несколько часов воспользуется ими и станет повелительницей Судьбы, хозяйкой своего будущего. Но все получилось иначе…
– Ты обманула меня! – полным жуткого спокойствия голосом проговорила жрица, обнаружившая, что тайник был пуст. – Ты нарушила клятву!
Впрочем, обращалась она в пустоту – Аннушка не стала дожидаться дальнейшего развития событий, понимая, что Кемма не примет ее объяснений и со всех ног рванула прочь. Ей предстояло пересечь просторную площадь перед кинотеатром и любой ценой прорваться к пышным кустам боярышника, оказавшись в которых, она могла бы рассчитывать на спасение. Похоже, девочка шла на олимпийский рекорд, но для победы ей не хватило нескольких секунд…
– Уалпага-Асмагааа! – крикнула в вслед удирающей девчонке Кемма. – Пусть разорвут твою плоть крокодилы! Пусть твое имя забудут еще при жизни!
До спасительных зарослей оставалось метров пять, а сзади уже неслась горячая волна магического проклятья. Аннушка резко остановилась, обернулась и неожиданно для себя самой, повинуясь интуиции, вытянула вперед правую руку, словно отстраняя открытой ладонью несшуюся на нее огненную лавину. Взгляды соперниц встретились и девочка, не дрогнув, выдержала яростный взгляд жрицы.
– Твое зло – тебе, – твердо произнесла Аннушка и в тот же миг почувствовала, как ее ладонь уперлась в невидимую раскаленную стену.
Боль была очень сильна, но девочка все же смогла устоять на ногах, до крови закусив губу, она продолжала смотреть в черные глаза Кеммы. Неожиданно испепеляющий незримый огонь отступил, а жрица опустила голову. В следующую секунду египтянка отчаянно взмахнула руками, и как в каком-нибудь кинофильме, отлетела назад метров на десять назад, едва не врезавшись в стоявший поблизости газетный ларек. Немногочисленные ребята, болтавшиеся возле кинотеатра и ставшие свидетелями необычной дуэли, только ошалело крутили головами, пытаясь понять, что же происходило на их глазах.
– Я достану тебя, клятвопреступница! – Кемма с трудом поднялась с асфальта, готовясь к новой атаке. – Ненавижу лжецов!
– Карты кто-то взял! Я не причем, честное слово! – крикнула Аннушка, прежде чем исчезнуть в густых кустах боярышника. – Их украли! Просто украли!
Стоя возле открытого кафе, Аннушка с завистью наблюдала за веселой компанией, расправлявшейся с бутербродами и мороженым. Денег в кошельке, как впрочем, и самого кошелька у девочки не было. Лежавший в кармане проездной позволял беглянке свободно перемещаться по городу, но рассчитывать даже на самый скромный завтрак ей не приходилось. Однако голод был самой меньшей из одолевавших проблем, а по-настоящему ее пугал гнев Кеммы. Вспыльчивая мстительная египтянка наверняка делала все возможное, чтобы разыскать Аннушку в огромном многомиллионном городе, и непременно бы добилась своего.
