Дом мертвецаСтарика в лагере знали все. Уже очень, очень давно он работал здесь то ли сторожем, то ли завхозом. Два года назад Старик умер, и его похоронили. Макс хорошо это помнил, но, в очередной раз приехав в лагерь на каникулы, встретил Старика снова… А друг Макса, Сашка, повадился ходить к покойнику в гости. Макс решил выяснить зачем.Ведьма со второго этажаВера жалела себя. Каждый год тысячи молодых ведьм получают дар от умирающих наставниц. Получают силу. Могущество. И начинают работать. Только у нее ничего не выходит! Ведь соседский мальчишка в самый неподходящий момент врубил музыку — и она сумела взять только половину бабушкиного дара. Но ничего! Вера уже знает, что делать. Пацана нужно поймать — и провести над ним ритуал. Мальчишка, конечно, умрет, зато Вера станет настоящей ведьмой!Банка с привидениямиГолова трещала. Я вспомнил вчерашний день, подумал: «Приснилось!» — и осторожно пощупал лоб. Шишка. Еще шишка… Неужели?! Неужели я действительно побывал под землей и сражался с гигантским пауком? Неужели можно научиться творить чудеса, просто коснувшись экрана компьютера? Какие передо мной открываются возможности! Есть только одно маленькое «но»…Чертова миссия«Купи чертенка!» — что за странная просьба от взрослого хулигана? Коля был уверен: это розыгрыш, сейчас старшеклассники просто его побьют. Мальчишка попытался сбежать, но не вышло. Ему достались и трепка, и маленькая деревянная фигурка черта, от которой почему-то очень хотел избавиться предыдущий хозяин. С этого момента у Коли начались серьезные неприятности.
Безлунной ночью в лесу почти не видно снега. Только белые хлопья на ветках, в самом верху, если поднять голову и смотреть на свет пятачка неба над деревьями. А на земле — не видно. Идешь, слышишь, как снег хрустит, а под ногами — темень.
Хоровод черных скелетов-стволов окружал землянку. Из отдушин сочился робкий свет керосиновой лампы, который едва позволял разглядеть собственные ноги. Мальчишки толкались у этих отдушин, перешептывались и, наверное, думали, что ведут себя достаточно тихо.
— Да это же…
— Иди ты! И Сашка с ним!
— Вот куда он по ночам бегает!
— Ничего себе!
— Чертовщина какая-то…
— Жутковато, ребят… Идемте в лагерь, а?
Если бы посторонний человек, прогуливаясь ночью по лесу, решил заглянуть в землянку, он бы не заметил никакой чертовщины. Мальчик лет двенадцати, самый обыкновенный мальчик, сидел у печки над горкой дров и обрывал бересту. Рядом на низенькой скамейке сидел старик и курил в топку. В топке ждали своего часа дрова, и старик поторапливал:
— Сашка, не спи, замерзнем.
Сашку ребята знали: как не знать, когда живешь с человеком в одном городе, где любая улица — соседняя, потому что не так их и много, улиц-то. Когда не первый год отдыхаешь с ним в одном зимнем лагере, спишь в одной палате, ешь в одной столовой и никакой тебе чертовщины.
Старика… Старика они тоже знали, хотя никто так и не вспомнил, как его зовут. Старик был то ли завхозом при лагере, то ли сторожем. Иногда он бродил после отбоя и заглядывал в окна корпусов. Вожатые не гнали Старика, и только это заставляло ребят думать, что какое-то отношение к лагерю он имеет. Все остальное время Старик жил в землянке, даже в лес редко выходил. Если в лагере или в лесу ему встречался кто-то из ребят, Старик не здоровался и вообще старался сделать вид, что его тут нет. Любые попытки с ним заговорить он игнорировал и, в конце концов, поспешно уходил.
Понятно, почему малышня его боялась. Неразговорчивый одинокий старик, живущий в лесу: что еще нужно детской фантазии? Младшие отряды с упоением рассказывали страшилки о том, сколько народу Старик убил кочергой, сколько закопал в лесу, а сколько скормил волкам. Количество убитых и раненых варьировалось от одного до бесконечности. Особым шиком у младших отрядов считалось, если на кульминации страшилки Старик заглянет в окно.
Ребята постарше, конечно, ничего такого не рассказывали, но Старика все равно сторонились. Во-первых, они еще не забыли золотое детство со всеми его страшилками. А во-вторых, прекрасно, вот как вчера, помнили похороны Старика. В январе, два года назад. Вот вам и чертовщина.
— Колян, пусти… Да ну, это не он!
— Здрасьте, а кто же?!
— Он-он! Я его ни с кем не спутаю. В седьмом отряде еще к нам ночью заглядывал. А у меня кровать была под самым окном!
Ребята говорили уже в полный голос, но в землянке их, похоже, не слышали. Сашка натолкал бересты между поленьями, чиркнул спичкой. Старик спокойно продолжал курить в топку, даже не отодвинулся. Его лицо было так близко к пламени, что если кто-то из мальчишек и сомневался минуту назад, тот старик или не тот, теперь все понял. Старик даже не опалил усов. Живой человек, пусть и маньяк-убийца, так не может.
Сашка по-домашнему хлопотал у печки: поддувало пошире, кастрюлю на плиту… Как будто приехал к дедушке на каникулы.
— Он-то что здесь забыл?! — Макс, подглядывая в отдушину, не рассчитал голоса. Старик вздрогнул и в упор посмотрел на него.
Как они оттуда удирали! Макс рухнул в снег спиной, как дозревшее яблоко, перекувырнулся через голову и рванул в темноту, туда, где скрипел снег да мелькали светоотражающие полоски на чьей-то куртке. «Надеюсь, это кто-то из наших, а не гаишник», — думал Макс, хотя было не до шуток. Шесть человек летели прочь от землянки страшного старика, не разбирая дороги. Да попробуй ее разбери в темноте-то! Фонарик был только у Андрюхи, он выключил его, когда подошли к землянке, а сейчас — то ли не успел включить, то ли включил и уже далеко убежал со своим фонариком… В общем, Макс бежал за светящейся курткой и надеялся, что куртка знает, куда бежит. Вот где-то здесь была тропинка до самого лагеря. Только ее надо сперва нащупать: валенками или носом, как повезет…
Макс перестал черпать валенками, значит, вот она, тропинка. Впереди слышался дружный скрип ногами по снегу, маячили светящиеся полоски на куртке, значит, правильно бежим. Чтобы я, да еще раз… Вот, наконец-то, видно снег под ногами, значит, все, кончился лес. Вот и ворота лагеря. Больше можно не бежать и не вопить, а то дежурный на проходной, пожалуй, проснется. Увидит столько народу у ворот в три часа ночи — по головке не погладит. Этот дикий человек совершенно не понимает ночных прогулок по лесу. И днем-то не выпустит без вожатого или родителей. А тут…
