— С блеском, возьми с блеском. На дискотеке должно все блестеть.
Петька возник на пороге ровно в назначенный час. Рядом с ним стоял рыжеватый застенчивый паренек по имени Сережка Ивойлов. Он был на две головы ниже Петьки и, как вскоре выяснилось, мог говорить только о новинках кинопроката. Это стало ясно, когда наша компания вышла из дома. Петька со Светкой ушли немного вперед, а на мою голову обрушился целый поток информации о новой «Матрице» и «Властелине колец». Я кивала головой и честно старалась слушать все, что рассказывал Сережка. Однако минут через пять я все же не выдержала, прибавила шаг с твердым намерением влиться в коллектив:
— Как тебе «Дракула»? Прочел?
— Дочитываю. По правде говоря, жуткая скукотища. — Петька замолчал, на его лице промелькнула загадочная усмешка. Похоже, ему было что сказать. — Когда закончу, мы об этом еще побеседуем. В книге есть кое-что заслуживающее особого внимания. Вы больше ничего не узнали о Великолепной Аманде?
— Нет, мы этим не занимались. — Светлана тряхнула завитыми кудрями. — Разве это так важно?
Петька явно хотел продолжить тему, но Светка направила разговор в интересующее ее русло и опять увлекла Петьку вперед. Сережка заговорил о «Людях в черном»…
Решив срезать угол, мы направились в небольшой скверик. Впереди, за деревьями, уже видна была крыша бывшего кинотеатра, в котором и располагался клуб, но дойти туда нам так и не удалось. Сначала я услышала шум приближающихся шагов, а потом на темной безлюдной дорожке возник мощный, атлетического сложения мужчина. Он остановился, широко расставил ноги, скрестил на груди руки, внимательно посмотрел в нашу сторону. Сопровождавшие нас мальчишки сразу сникли, но вида не подали, стараясь поддерживать моментально утративший смысл разговор. Светка близоруко сощурилась, вытянула вперед шею.
— Филипп Иванович? Это вы? — Она заулыбалась, повернувшись ко мне, шепнула на ухо: — Все в порядке. Это наш физрук. Хороший мужик, с ним…
Похоже, «хороший мужик» был не в настроении. Он сделал шаг вперед, на его губах заиграла неприятная злая усмешка:
— Гуляете?
— Да, Филипп Иванович, — откликнулся Петька. — Сейчас каникулы. Когда еще погуляешь?
— Толкачев, ты не сдал зачет, а ты, Акулиничева, пропустила без справки три занятия. Вам это так не пройдет!
У нас в школе тоже были крутые учителя, от одного упоминания о которых у большей части школьников начинали трястись поджилки, но этот Филипп Иванович был настоящим Терминатором. Странно, что Светка считала его хорошим человеком.
— Ивойлов, сколько раз ты можешь отжаться от пола?
— Я…
— Молчать! Ни разу, ботаник несчастный. Ты и на турнике подтянуться не можешь!
Дальнейшие события вообще не поддавались пониманию. Стриженный «ежиком» физрук схватил за ворот обоих мальчишек и с силой стукнул их лбами. Сережка и Петька тут же беззвучно сползли на дорожку и остались лежать неподвижно.
— Филипп Иванович, не надо! — взвизгнула Светка.
— Ах ты, прогульщица!
Здоровенные ручищи потянулись к хрупкой Светланиной шейке, но тут произошло непредвиденное — резко развернувшись, я заехала ногой в челюсть этого маньяка. Он охнул и переключил свое внимание на меня.
— Убью!
Как же! Пусть попробует. Я ловко увернулась, прошмыгнула под локтем рассвирепевшего физрука, ударом ноги под колено заставила его опуститься на землю. Филипп тут же вскочил, прорычав нечто нечленораздельное, и ринулся в бой. Но я не боялась, я знала, что сумею вырубить его без особых проблем. Сон про Ингрид и Марию продолжался, и я была той самой рыжеволосой Марией, легко справлявшейся с более опасными, чем этот нерасторопный мужик, противниками.
— Ах ты дрянь!
От злости он совсем потерял голову, и мне удалось нокаутировать его точным ударом в висок. Физрук как подкошенный повалился в росшие возле дорожки кусты.
— Ни фига себе! — пробормотал кто-то из успевших очухаться мальчишек.
Оценивать собственные достижения было некогда. Физрук мог очнуться в любую секунду, и это не располагало к длительному созерцанию поля битвы. Не сговариваясь, мы все вместе побежали к выходу из скверика. О дискотеке речи уже не было. Мальчишки то и дело хватались за расквашенные лбы, да и я испытывала боль во всем теле. Особенно досталось моим собственным, разбитым в кровь кулакам. Однако домой идти не хотелось — слишком мы были возбуждены и удивлены. Холодный вечерний воздух освежал, приводил в порядок мысли. Вся наша компания медленно шла по Кутузовской улице, обсуждая невероятные события в скверике.
— Ты что, карате занималась? — поинтересовался Сережка. Он смотрел на меня с нескрываемым восторгом. — Знаешь, ты мне напомнила Синтию Ротрок. В одном фильме…
— Да подожди ты с фильмами! — перебила его Светка. — И давно ты занимаешься, Яна? Наверное, с детства… У тебя уже есть черный пояс? Почему ты мне об этом не рассказала?
— Да я, собственно… Просто так получилось. Со мной это в первый раз.
— Скромность украшает девушку, особенно такую крутую, — усмехнулся Сережка. — Филипп в три раза тяжелее тебя. Здорово ты ему врезала.
Мы свернули к Светкиному дому. Оккупировали скамеечку неподалеку.
