— Комната Зернову не спасет. Если ей захочется сбежать, она сбежит. Просто следите за ней. Этого достаточно. Может, и есть заговор, а может, его и нет. Кто знает? Кого видели в прошлый раз девятиклассники, от каких чертей убегали? Наверно, пива перепили, вот и привиделся им змий зеленый. Один на всю компанию. А классный руководитель их покрывает. Я говорила: даже если Зернова видела змеиную свадьбу, все остальное она могла придумать, а незнакомый человек просто сыграл на ее фантазии. Вы народ впечатлительный, Таллин же место особенное. Энергетика здесь тяжелая, всякое может показаться.
— А давайте мы ее в церковь сводим, — все-таки сказала ехидно Таня.
— Давайте переживем сегодняшний день. Все может на этом и закончиться. Только я говорю серьезно — за Полиной надо следить. Змеиную свадьбу увидеть не сложно. Сложно после этого утверждать, что тебя змеи выбрали в невесты, да еще и свидетелей с собой притащить.
Все покивали, но опять не поверили. Лишь Сарымай вздохнул со своим «однако» и достал сотовый. Вместе с отцом они приехали в Москву из Горно-Алтайска. В небольшом селе Чибит, что на реке Чибитке, остался дед, тоже Сарымай. В таких делах стоило советоваться с ним.
Полина рыдала. Не прячась и не сдерживаясь. Уронила голову на согнутый локоть, плечи ее тряслись. Ей не верили, над ней издевались. Но она докажет, всем докажет. И когда они увидят, кем она стала, побегут просить прощения, в ответ она презрительно посмотрит на них и отвернется. Потому что это будет ее правда, в которой нет места тем, кто над ней издевался, не веря.
— Это пройдет, — глядя в сторону, произнесла Зоя Игоревна.
— Оставьте меня! — сквозь истерику выкрикнула Зернова, и слезы затопили весь ее мир.
Кожина с Кудряшовой смотрели с сочувствием. Оказаться в таком положении было страшно. Всю жизнь потом надо оправдываться, постоянно получать тычки в спину, не быть больше никогда как все, вместе со всеми. Только отдельно. Только в сторонке. Мрак-то какой!
Оставшийся день прошел в невольном ожидании. В назначенное время пришел экскурсовод, молодой парень, невысокий, крепкий, с улыбкой на лице. Он как будто делился своей улыбкой с другими, оттого и впечатление было — ненавязчивой, но постоянной заботы. Все снова отправились бродить по городу, поднялись на Тоомпеа — холм Верхнего города. Своими руками измерили самую узкую улочку Вышгорода, постояли около дома первого губернатора Ревеля Абрама Ганнибала, прадеда Пушкина.
Они так замотались за день, столько всего увидели, что к вечеру с трудом смогли дотащиться до гостиницы. В ближайшем кафе быстро поужинали. Время падало к их ногам и рассыпалось сотнями секунд.
— Если что-то надо будет — звоните, — одарил всех своей улыбкой экскурсовод.
На оставленной бумажке после длинного ряда цифр стояло имя: «Эдик».
Гостиница встретила их тишиной и пустотой первого этажа. День гас убегающей дорожкой огней. Все хотели спать.
— Пожар!
Крик полыхнул по этажу, ударился в закрытые двери.
— Горим!
Первым из комнаты выскочил Альберт, он метнулся туда-сюда, не зная, куда бежать.
Защелкали замки дверей.
— Быстро все на лестницу! — появилась в коридоре Зоя Игоревна. На ходу запахивая халат, она попыталась поймать орущего Хазатова. — Где горит?
— За окном. Прямо перед нами! — Глаза у Альберта бегали.
— Бросайте вещи! На лестницу! — открывала номера Зоя Игоревна.
Ребята вываливались в коридор, являя коллекцию невероятных пижам. Цветочки, медвежата, были даже машинки. Макс Макс задумчиво чесал голую ногу. Ромка похохатывал, глядя на девчачьи наряды. Зоя Игоревна скрылась в комнате мальчишек. Здесь и правда слегка пахло паленым. За окном полыхало, с треском и уханьем. Учительница толкнула раму. Прямо перед ней щелкнул край красной тряпки. Он мазнул по подоконнику, и ветер бросил его к соседнему окну.
Красное полотнище, с земли подсвеченное ярким фонарем, металось в воздухе. Незакрепеленный брезентовый край стукнул по стеклу. Зоя Игоревна перегнулась на улицу. Слева начинался скат крыши, соседнее окно было врезано прямо в черепицу, под углом. Комната маленькая. Кто там живет?
Учительница выбежала в коридор, где бестолково метались будущие восьмиклассники, распахнула соседний номер.
Пусто.
— Кожина! — крикнула она, перекрывая вопли девочек. — Где Зернова?
Макс Макс заржал.
— Ожич! — поймала она неспешного Сарымая. — Быстро на улицу! — Она снова глянула поверх голов. — Кто видел Зернову? — Ей на глаза попался Альберт. — Хазатов, стоять!
Но благоразумный Альберт, отлично понимавший, что за панику его по головке не погладят, исчез на лестнице.
— Я тоже поищу, — прощально махнул он рукой.
— Зоя Игоревна, — преданно заглядывала в глаза учительнице Таня.
— Упустили, — упавшим голосом прошептала Зоя Игоревна и вдруг, на что-то решившись, схватила Кудряшову за локоть. — Одевайся, бери мальчишек и к церкви Олевисте. Это рядом. Если увидите Зернову, силой тащите сюда.
Кожина, сверкнув розовой ночнушкой с фрекен Снорк, скрылась в комнате.
