Большая кровь полностью

Новчем проблема, ведь фланговый (косоприцельный) огонь вовсе не являлся каким-то «ноу-хау», был широко известен со времен Первой мировой? Финны, собственно, и почерпнули эту методику от немцев, обучавших армию молодого государства Суоми в 20-е годы. Пускай себе российские авторы с упоением рассказывают басни о том, будто бы операциями финской армии в Зимней войне непосредственно руководил Маннергейм (бывший генерал российской императорской армии), мол, «это мы научили их воевать». В действительности 72-летний маршал осуществлял общее руководство вооруженными силами, боевыми же действиями непосредственно руководили офицеры, прошедшие в свое время (с 1915 по 1918 годы) обучение в одной и той же части германской армии (в 27-м Прусском королевском егерском батальоне): Хуго Эстерман, Харальд Энквист и Эрик Хейнрихс.

Так почему же в конце 30-х годов тактические приемы 20-летней давности оказались неразрешимой загадкой для командования Красной Армии? Тут-то и выясняется дикая вещь — оказывается, опыт Первой мировой войны в СССР не обобщался, а сами операции и тактические приемы, применявшиеся обеими сторонами на Западном фронте, реально не изучались, несмотря на все разговоры о необходимости такого изучения!

«...Наши уставы основаны на опыте маневренного периода мировой войны и совершенно не давали представления о войне в позиционных условиях при наличии долговременных сооружений. Мировая война на Западе развивалась в позиционных условиях и там в этом направлении имеется богатый опыт, который получил большое развитие после мировой войны, но этот опыт до нас полностью не дошел.

Немцы и французы давно издали свои архивы мировой войны, но когда они будут изданы у нас — совершенно неизвестно, а это привело к опаздыванию изучения богатого опыта, особенно в позиционной войне (куда уж круче — не то что «вторая» Марна, Амьенская, Сен-Мийельская наступательные операции или общее наступление союзных армий в сентябре 1918 года не изучен ы, даже история «пози ционного» тупика толком не освоена за 20 лет! — С.З.). Нет систематизированной литературы по опыту войны в Испании и Китае...

Несмотря на то, что мы запоздали с изучением опыта Запада, нам все же нужно скорее иметь документы и материалы, которые дают опыт современных войн. Сейчас идет война в Европе, мы не получаем зарубежных газет и журналов и не знаем, что там пишут, только из наших газет получаем краткие сводки. Вот это, товарищ Сталин, и мешает нам следить за развитием военного дела за рубежом» (из выступления командарма 2-го ранга Мерецкова 16 апреля 1940года на совещании при ЦК В К17(6) начальствующего состава по сбору опыта боевых действии против Финляндии) /По книге «Тайны и уроки зимней войны. 1939—1940». СПб., 2000, с. 453).

Готовясь к войне, в Красной Армии опирались лишь на опыт начального, маневренного («допозиционного») периода прошлой мировой бойни, а также на опыт Гражданской войны. Если обобщить, то РККА в плане боеспособности не только не являлась той несокрушимой силой, которую позже «изваял» из нее Резун (Суворов), она не соответствовала даже критериям Первой мировой! Потому-то и заспотыкалась она о жидкие (в сравнении с оборонительными позициями Германии и Антанты в 1915— 1918 гг.) финские «барьеры». А в Лапландии и Заладожской Карелии неповоротливая пехотная масса РККА и вовсе была разбита без всяких укреплений подвижными финскими батальонами.