В этот самый миг, после короткой возни, дверь в кабинет распахнулась, и на пороге показался Елисеев. Буровой мастер выглядел как обычно: чисто одет, комсомольский значок на пиджаке, аккуратно причесанные волосы. Только лицо бледное. Сколько ни торчал Георгий на морозе, на ветру или на солнце — не загорал. Оставался «бледной немочью». Дора Семеновна уж подкармливала его яблочками, заставляла есть брусничное варенье — ничего не помогало.
Остановившись на пороге, Елисеев мрачно уставился на Бурова.
— В чем дело, товарищ Елисеев? — осведомился Федотов.
Елисеев даже не посмотрел в его сторону.
— Я прошу… Нет, Григорий Александрович, я требую, — повысил голос Елисеев, — чтобы на мою буровую привезли АКБ!
Буров крякнул.
— Вы, прошу прощения, что, товарищ Елисеев? Вы требуете?
Елисеев кивнул.
Буров сложил руки на бумагах, которые только что просматривал.
— Мы не имеем права торопиться, товарищ Елисеев. Вот когда опытный образец пройдет испытание…
Елисеев перебил:
— Я только что был на буровой у Авдеева. Он мне все показал. Там на данный момент проходят эти самые испытания. Производительность труда возросла в несколько раз. Да они за три часа делают норму целой смены!
— Впечатлительная натура, — вполголоса заметил Федотов. Он с неудовольствием рассматривал молодого мастера.
— Товарищ Елисеев, мой ответ: нет, — сказал Буров решительно. — Поспешность часто приводила к катастрофам.
— Да вы понимаете, что вы стоите на пути технического прогресса? — срывающимся голосом выкрикнул Елисеев. Судя по всему, это было самое страшное обвинение, какое он только мог выдвинуть в адрес хорошего человека.
И Буров понял.
— Товарищ Елисеев! — взревел он, поднимаясь из-за стола. — Да вы понимаете, что говорите? Кто? Кто это стоит на пути технического прогресса? Буров стоит на пути технического прогресса?!
Елисеев не дрогнул. Только побледнел еще больше и упрямо сжал губы.
Буров повернулся к Федотову:
— Яков Петрович, что у нас творится с внедрением АКБ? Одни от него категорически отказываются, другие, напротив, требуют! Да еще в таком тоне!..
— В министерстве считают, — сухо произнес Федотов, — что доверять технические испытания можно только самым опытным… Товарищ Елисеев явно не входит в их число.
— Что будем делать? — Буров снова уселся за стол. Он уже остыл, ему хотелось поскорее решить вопрос. Кроме того, ему почему-то казалось, что Елисеев, несмотря на всю его неопытность, справится.
— Мы будем выполнять инструкцию министерства, — ответил Федотов.
Буров прикинул в уме — нет ли другой формулировки. Приемлемой для отчетности. И предложил:
— А если мы, скажем, пойдем навстречу инициативной молодежи?
Но Федотов не зря закончил партийные курсы. Всей этой казуистикой он владел гораздо лучше, чем Буров.
В ответ на предложение начальника управления Федотов только покачал головой:
— Сейчас мы нарушим инструкцию министерства, а завтра наплюем на решение партии и правительства? Скользкую дорожку вы предлагаете, товарищ Буров…
Буров кивнул Елисееву:
— Георгий, выйди из кабинета.
Елисеев настороженно кивнул и скрылся за дверью. Как только Буров остался с главным инженером наедине, он заговорил тихо, сердито:
— Где вы этого барства нахватались, Яков Петрович? На партийных курсах? Сейчас мы Елисееву по рукам дадим, а завтра он уедет внедрять этот метод в Башкирию или Татарию… Только мы его и видели. А ведь он перспективный работник, очень добросовестный и ответственный… Поднял объект буквально с нуля, вывел в передовые… И потом, Яков Петрович, зачем вы его так унизили?
— Ну, он тоже хорош гусь, — буркнул Федотов.
— Он — по молодости, по горячности, — возразил Буров, — а вы с полным осознанием дела…
Дверь распахнулась опять, стукнула о стену. Буров вздрогнул. Это был не Елисеев, а Клевицкий. Прямо в рабочей одежде, в каске.
— Григорий Александрович, в чем дело? — вопросил он. Клевицкий никогда не кричал, говорил всегда быстро и отчетливо, как человек, который бережет свое и чужое время. — У меня забрали две автомашины.
— Кто забрал? — спросил Буров.
— Да ты и забрал! — ответил Клевицкий. И только сейчас заметил надувшегося в углу Федотова. — Здравствуйте, — кивнул Дмитрий Дмитриевич. И снова повернулся к Бурову: — Ты знаешь, чем это грозит? То людей у меня тягают, то машины… Если я не сдам в срок первый Дворец нефтяников в Западной Сибири, то кто будет виноват?.. Мы же обсуждали, кажется, насколько это важно…
— Я тебе верну машины после обеда, — сказал Буров.
Клевицкий молча кивнул, показывая, что вопрос улажен, и направился к выходу.
— Кстати, — уже в спину ему сказал Буров, — там, за дверью, Елисеев стоит, скажи ему, чтобы ехал к себе, на буровую. Я подумаю над его предложением.
В тот же миг, сметая с пути Клевицкого, в кабинете опять возник Георгий Елисеев.
— Я без АКБ отсюда не уеду, — мрачно заявил он.
— Хорошо, — сказал Буров. — Идем. Сейчас что-нибудь придумаем.
Они вышли вместе, провожаемые недовольным взглядом главного инженера.
