Позади Иррао встал Тиррат. Милый! Знаю, любимый, я напугала вас криками и болью. Но ведь это ради вас! Бери сына! И теперь снимок! Маги подождали, пока соберутся все мои мужья, император, а потом нас окутала радужная пыльца, знаменующая магический снимок. Его также присовокупят к нашему семейному архиву.
— Какой хорошенький! — восхищались девицы и горничные, разглядывая сына Тиррата Гррайна. Малыш был зеленоглаз, черноволос и очень силен! Запросто вырывал клок волос за раз маленьким кулачком!
— Милашки! — ворковали они также всей толпой над золотыми драконочками. Обе дочки были игривыми и такими капризными! Требовали внимания, молочка, руки своего папы, мамы и тети Таласси!
С появлением детей в нашу жизнь пришли большие перемены. Дворец стоял буквально на ушах! Спать придворные, да и сами счастливые родители, могли лишь тогда, когда капризные бестии ощущали рядом нас с Иррао. Тиррат тоже не отходил от сына, часто жертвуя сном после своих поездок по землям Империи, после судов или заседаний в Совете.
Превращаться в драконов малышки стали в пять месяцев. Няни клялись, что отвернулись на секунду, но этой секунды хватило, чтобы в кроватках вместо золотоволосых ангелочков вдруг оказались пятидесятикилограммовые тушки в чешуе. На их крик, на треск кроватей и занавесей полога над каждой мы и сбежались.
Иррао снова улыбался своей невероятной улыбкой. Я застыла на миг, любуясь, но потом взяла себя в руки и пошла к дочкам. Малышки были и сами напуганы не меньше горничных: они вертели острыми золотистыми мордочками, махали маленькими, тонкими крылышками над спинками.
— Тише, тише, мои звёздочки! — я гладила теплые чешуйки, а потом сказала Иррао, — Давай хоть частично трансформируемся? Покажем им, что это не страшно.
Потом мы пробовали вернуться в человечьи тела, дочки смирно и абсолютно естественно совершили обратную метаморфозу. Кровати сменили на зачарованные, чтобы могли подстраиваться под их внезапно изменившийся размер, Иррао с гордостью сказал, что наши дети превратились куда раньше их самих в детстве.
— Мы рождаемся драконами, а в человека обращаемся спустя сто лет. Тогда и осознаем себя. А наши дочери обратились еще раньше, чем сказали первое слово! Скоро взлетим! — он прижал меня к себе и слал картины общего полета над Долиной водопадов.
Я не против. Но ведь так высоко! Малышки устанут! Мы возьмем их на крылья — пообещал Иррао. Посвящать их богу Ветра уже не нужно, ведь мы воплощаем его силу все вместе, но слетать на Трагуль будет нужно. Хотя бы для того, чтобы горы их приняли. Я спросила, что это значит.
— Там наш город, чешуйка! — назвал меня ласково муж, — Те ходы, которыми мы шли к вершине, только его часть.
И я загорелась мыслью увидеть их город! Как там? Все в сосульках и снегу? Иррао сжалился надо мной и показал пару картин. О боги! Будто королевство Снежной королевы! Все ажурное, снежно-белое, переливается миллионами бриллиантов! Высокие шпили башен самого настоящего дворца, холоднющие озера с голубой водой для купания, ледяные цветы! Это и правда цветы, милый?! Да, они даже пахнут и имеют свои корни. Питает их ледяная сила драконов. Хочу-хочу-хочу!!
На сей раз, в годовщину своей свадьбы, я показала маме и сестре своих детей. Мама плакала навзрыд! Я тоже! Особенно умиляли всех зеленые глазки Гррайна и золотые волосы малышек. Сестра с зятем поражались тому, что в том мире есть магия, просили показать побольше необычного. Племянники расплющивали носы об стекло и впитывали все чудеса как губки! Они видели драконов, гномов, таинственных тайерри, да даже одного эллия! Это самый эллий… Оказалось, что не все они так уж безразличны к нам, остальным жителям Оэнэ. Столб пламени теперь летал над городом, высматривая жизнь людей в подробностях. Некоторые окна тут же закрывались, опускались шторы, и доносился визг разозленных горожанок. А маги с удовольствием с ним болтали. И лихорадочно заполняли справочник по расам новыми подробностями.
— Следи, чтоб не совали ручки в ротик! — в который раз напомнила мама мне. Я только глаза закатила на лоб. Это же необычные дети! И я, право же, не знаю, как именно у них появятся зубки! — Прикорм делай!
Да, да! Мы попрощались, поплакав, пообещав в следующем году снова встретиться. Мужья уважительно поклонились моей родне, родня благоговейно притихла. А Анька так поглядела на мужа задумчиво. Тоже будет гарем заводить? Артур ей не даст! Подмигнула зятю, желая держать женушку в узде.
— Чтоб я еще раз! — шипела я и осознавала, что если один из любимых попросит, то рожу еще столько же!
— Ну же, госпожа императрица! Еще немного!
Мадам Иллегия снова принимает на руки наследников. На сей раз будут облагодетельствованы Дайскё и Лаларри. Две дочери — тайерри и сын для морского дракона. А-а-а! Матерь… божья! Наконец, Имэннари был разбужен в шесть утра громким, пронзительным криком троих наследников Звезды.
— Я буду жаловаться! — стонала я на постели, — Это бесчеловечно!
