Маг терпеливо ждал, пока я поем. Сколько я не пыталась, но больше трех лепешек в меня не влезло: были они невероятно вкусные и сытные, да и тело, обновленное, уже не требовало столько пищи как прежнее. С удовольствием запив завтрак (или обед?) морсом, я выжидательно посмотрела на мага.
— Прошу в мой кабинет! — маг встал и проследовал по узкому коридорчику в указанную комнату. По мере нашего продвижения на стенах вспыхивали и гасли маленькие лампочки, освещая путь. Красиво! Любое проявление магии было для меня чудом и невероятным зрелищем. Стены обиты изумрудным шелком с изображением драконов, как в полете, так и сидящих на скалах. Изящество и красота этих существ поражали. Здесь есть драконы! Удивительно!
Кабинет был крохотным. Я видела кабинет своего зятя, так он был в десять раз больше. Но это, несомненно, был именно кабинет. Здесь был массивный стол, на нем бумаги и свитки, стопки книг и письменный прибор, лампа в виде летящей женской фигуры. Позади был камин, по стенам высились полки с книгами. От них исходила странная аура, будто покалывание тока и в тоже время тепло узнавания.
Рошотт подождал, пока я устроюсь в глубоком, мягком кресле вишневого цвета, а затем сел в свое, которое стояло точно напротив, за столом. Мы молчали, маг смотрел на меня, я — на него. Я не знала, с чего начать: спросить о мире в целом или о пророчестве? Или поинтересоваться, могу ли я вернуться домой.
— Давайте начнем со знакомства! — предложил Рошотт.
— Виктория Славская! Я не знаю, для чего я здесь, да даже где это здесь — тоже! Все говорят о каком-то пророчестве… — я стиснула подлокотники и вдохнула как можно больше воздуха, пытаясь остановить слезы.
— Наш мир называется Оэнэ. Так его назвали десять богов, которые сотворили и нас. Это значит «Близнец». Это значит… многое значит. У нас два континента: Паду и Уадду. Они схожи меж собою как близнецы. А еще у нашего мира есть отражение, мир — тюрьма, он же Изнанка. Для баланса и поддержания Завесы необходимо, чтобы в Оэнэ присутствовали все боги. Но случилось так, что одна из них пропала, и пропала бесследно. Вот уже тысячу с небольшим лет мы не видели богиню воды Заэни. Ее сила необходима миру! Она не только повелевает всеми водами, она также омывала сердца живых существ, забирая тревоги, злость и отчаяние. Все эти столетия ее брат, бог сна и смерти Зуэн пытается ее дозваться. В Ледяные Чертоги, обитель нашей пропавшей богини раз в столетие посылают светловолосую деву и ее избранника. Пройдя Обряд единения, они посылают зов богине. Но отклика не было ни разу. Последние три столетия мы не смогли отыскать ни одну подходящую для этого деву.
— Светловолосую? Это так вы выбираете? А если вам подойдет и брюнетка, и рыжая? — услышав про обряд я немного занервничала. Обычно ритуалы заканчивались для жертв, то есть участников, плачевно.
— Пророчество гласит, что дева должна быть с золотыми волосами, — маг покопался в свитках и вытащил один, — «Сойдутся звезды в круг!
Из моря выйдет дева золотая!
Алтарь на Трагуле цветет опять!
А короли идут войной на Сную!
И власть над водами богиня отберет у ставленника злого!
Кого же жрица изберет для грозного обряда?
Кому доверит Хладные Чертоги?
И впереди всего лишь две, но трудные дороги!
Бегите, укройтесь же, невежды!
Есть свет, есть тьма, есть боль надежды!»
— Но почему я? Ведь есть и другие золотые! Не может не быть!
Маг занервничал, руки суетливо стали перебирать бумаги, он открыл какую-то книгу, полистал ее, отложил. Во мне крепло предчувствие чего-то неприятного, что будет так или иначе связано со мной.
— Нет более никого! Вы — единственная светловолосая дева за три столетия!
— Что?! — вскричала я, вскакивая с кресла, — Вы думаете, что я дура, да? Как в огромном мире может не быть ни одной светловолосой женщины?!
— Я не так выразился, госпожа Виторрия! В пророчестве ясно говорится о золотых волосах! А такого редкого оттенка уже давно не было. Садитесь, госпожа, поговорим спокойно, — пальцы мага подрагивали, когда он ладонью указал на кресло позади меня.
— Хорошо! Я спокойна, спокойна! — я на миг закрыла глаза, вдохнула и выдохнула, — Для начала скажите мне, почему вы считаете именно меня той самой девой! И кто был тот дед, который отправил меня сюда, — я коротко пересказала те события, что привели меня в этот мир, упомянула и свое превращение в русалку.
— Как я уже говорил, брат пропавшей богини, Зуэн, отбирал лично претенденток для Обряда. Однако, силы тех, кто его прошел, резко таяли, сводя их в могилу. Истинной жрицы все не было. Только настоящая избранная, причём избранная самой богиней, может ее позвать и спасти! Поэтому все женщины, что рождались с таким цветом волос, стали маскировать их. Красили волосы, некоторые их даже сбривали до конца жизни или до самого замужества. Поскольку для обряда нужна невинная дева, то все они, как одна, рано выходили замуж, лишая тем самым посланников Зуэна возможности увести их на Обряд.
— Вы хотите сказать, что сейчас в мире Оэнэ, — согласный кивок, — нет ни одной женщины с именно золотым цветом волос?
