Шайтан отпустил шею противника, встал с пола и пообещал спокойно, только судорогой свело лицо:
– В следующий раз умрешь…
– Ты че… – Башня прокашлялся… – Ты чего?
Больше Шайтан не обращал на него внимания. Художник видел, что бывший вояка совершенно не боится смерти. Так ведут себя люди, которых уже раз похоронили.
Шайтан с самого начала слушался только Художника. Остальных не считал за людей и вряд ли бы долго думал, чтобы удавить любого. Художник очень скоро понял, какое сокровище приобрел в лице бывшего сержанта группы спецназа, прошедшего через ад моджахедского плена и растерявшего там добрую часть своей души.
Квартира была просторной, трехкомнатной, небрежно обставленной старой, растрескавшейся, сто лет не ремонтировавшейся мебелью. Гурьянов и Вика находились в комнате вдвоем.
Девушка сидела в продавленном кресле и опять дымила сигаретой.
– Лена. Мы с ней познакомились в Хургаде четыре года назад. Она была на редкость искренним и обаятельным человеком. И Костя, – Вика судорожно вздохнула.
– Я не припомню вас среди знакомых Константина. – Гурьянов устроился на диванчике напротив нее.
– Зато я слышала о вас. У вас ведь вечно что-то не ладилось в жизни.
– Это кто же вам сказал? Костя?
– Год назад мы ездили втроем отдыхать в Италию. Изумительный вечер. Мы сидели перед фонтаном Треви. Там было столпотворение туристов, и все бросали в воду монеты на счастье. Разговор зашел о вас. Лена сказала: «Никита человек, который может все и не имеет ничего. Не дай бог тебе такого мужа».
Из кухни появился Влад с подносом, на котором стоял кофейник с чашками. Уселся в кресло, налил себе кофе и спросил:
– Вика, что было в тот день, когда расстреляли Гурьяновых?
– Я проснулась пораньше. Села в машину. Заехала к ним. Лена обещала мне взаймы тысячу долларов. Я шкаф-купе купила, и еще в ванной кое-что доделать надо. А денег нет… Они собирались ехать куда-то всей семьей. Костя дал деньги и предложил меня подвезти. Я сказала, что на своем авто. Сперва хотела подождать их, но потом передумала. Их пять минут – это как два часа. Выезжая со двора, видела этих троих… Убийц… Они сидели в зеленом «Иж Комби». Я уехала. И о произошедшем узнала уже из «Дорожного патруля». Свидетельница описала убийц, и я вспомнила, что видела их в том «Иже»… Один из них напал сегодня на меня во дворе.
– Вы их встречали раньше?
– Нет. Никогда.
– Почему они пришли к вам?
– Не знаю. Я ничего не знаю. – Она всхлипнула и смяла о пепельницу наполовину докуренную сигарету. – Вы не представляете, какой это удар. Я… Я не пошла на похороны. Я виновата, но я не могла… Я не могла, – ее опять стало трясти. – За что им такое? За что?
– А действительно, за что могли их убить?
– Не знаю. Я же ничего не знаю… У меня не было с Костей никаких общих коммерческих дел… Но в последнее время он был сам не свой. Однажды он разоткровенничался. Сказал: спешишь, хочешь взять все, участвуешь в забеге, где еще много бегунов. Разгоняешься, считаешь, что пришел первым, а финишная лента захлестывает твою шею.
– У него были неприятности на работе?
– Мне казалось, он влез в какую-то историю. Вошел в эту полосу неудач.
– Каких, не говорил?
– Я не его секретарша! Почему вы не идете к нему на работу, не спрашиваете? Почему вы донимаете меня?! – Она вскочила, схватила со столика свою сумочку.
– Вы далеко? – поинтересовался Гурьянов.
– Домой! – воскликнула она.
– А, – с пониманием произнес Влад. – Там вас уже ждут. С топором и носилками.
Она упала в кресло и уткнула лицо в ладони. Потом откинула волосы.
– Вас будут искать, – сказал Гурьянов. – Похоже, убийцам немало известно о вас. Родственники, близкие знакомые в Москве есть?
– Нет! Родители умерли в прошлом году! А друзья… Лучших друзей я только что похоронила…
– Вы кем работаете?
– Коммерческий директор фирмы «Глобус». Рекламный бизнес. И мне завтра обязательно надо быть на работе.
– Вы так торопитесь на тот свет? – скучающе осведомился Влад. – Я бы на вашем месте воспользовался нашим гостеприимством и пожил бы здесь…
– Но…
– Вика, жизнь дороже. Обустраивайтесь здесь. – Гурьянов махнул рукой. – Вас не смутит мое общество? Но нам по комнате хватит.
– Ладно… Вы правы… Ладно…
– Отдыхайте. А у нас еще дела. – Гурьянов встал.
Вскоре они уже сидели в машине.
– У девчонки истерика, – сказал Влад, поворачивая ключ зажигания. – Она может наделать глупостей.
– Не наделает, – отмахнулся Гурьянов. – Она уже взяла себя в руки.
– Не понимаю, кому она понадобилась. Может, киллеры видели ее у дома? И теперь боятся, что она их опознает?
– Вряд ли… Мне показалось, что она что-то недоговаривает. – Гурьянов вынул из кармана похожую на пейджер коробку. Нажал на кнопку.
– Это что? – спросил Влад.
– Я микрофон прилепил в комнате. Посидим, послушаем, кому она будет названивать, пока нас нет.
Они просидели в машине с полчаса. Но так ничего и не услышали.
– Без толку. Она не собирается ни с кем созваниваться и ничего делать, – подытожил Влад. – Она решила довериться нам…
